Конструирующий

Боз-защитник, как прозвали его крестьяне. Он наладил отношения с простым людом, поэтому узнать сведения о его лагере непросто. Несколько лет назад барон повесил его отца за взяточничество. Теперь это аукнулось нам.

– Неужели ваш отец забрал всех воинов с собой?

– Нет. Я посылала несколько раз отряды на поимку банды Боза. Безуспешно. Разбойники отлично ориентируются в лесу. Там их не достать. Чтобы прочесать лес и перекрыть все дороги, мне не хватает сил. Если бы вы вывели эту напасть с дорог Шунса, то моя признательность не знала бы границ.

– Я же говорила, надо было прибить их, – высказалась Эва. – Мы не будем бегать по вашим землям и вылавливать блох. Это ваша забота, лер Лаваскнехт.

– Лер Селин, а вы что скажете?

– Я согласен с Эвой.

– Как вы знаете, сейчас мы испытываем трудности с магами. Лер Селин, не интересует ли вас работа придворным колдуном? Я щедро заплачу вам.

– Спасибо, не стоит.

– Подумайте. Все придворные маги получают доступ к книге Эллана.

– Что за книга?

– Вы ведь не местные… Это наша семейная реликвия. Дневник чародея Эллана Лаваскнехта, моего далекого предка. В ней содержится множество магических форм и секретов. Многие маги готовы были пойти к нам на службу бесплатно, лишь бы прикоснуться к мудрости Эллана.

– Любопытно… – пробормотал я.

– Нам не интересны ваши древние свитки. Что-то я не заметила очереди из магов перед воротами замка. Завтра мы отправимся дальше в путь, – сказала Эва строгим голосом.

– Лер Селин, вы ведь задержитесь у нас? – не слушая ведьму, спросила Адриана.

– Прошу прощения, я связан словом. Я буду сопровождать лер Эву.

Баронесса помрачнела.

– Скажу прямо. Положение дел у нас плачевное. Вы сами видели, что случилось на дороге. С почти полной уверенностью могу сказать, что это происки одного из соседей. Я прошу вашей помощи.

– Сожалею, но вынужден отказать вам.

– Лер Селин, вы женаты?

– Нет.

– Что вы скажете на предложение породниться с известным родом Лаваскнехт? Возьмете ли вы меня в жены? Представьте.

Я повернулся к Эве, чтобы сказать что-то в духе: «Видишь, а ты говорила, что чудес в жизни не бывает». Но не успел. Удивление на лице ведьмы сменилось улыбкой. И тут Эва начала ржать. Именно ржать. Слово смех тут не подходит. Из глаз у нее потекли слезы. Истерический хохот раздавался под сводами замка Лаваскнехт несколько асенд.