Дело маленьких дьяволов

Гас не попёрся бы туда, где пятна на твоей физиономии успели примелькаться каждой торговке! Нашел бы себе тихое местечко на берегу и забросил бы удочку… Благодать! Никто не норовит дать пинка, а то и переломать шаловливые пальцы, ненароком забравшиеся в чужой карман. И вернулся бы уже к полудню, с тяжеленькой низкой рыбин – в самый раз на густую, ароматную похлёбку… А главное – никакого риска! Конечно, Папа Ориджаба не слишком одобрял подобные наклонности. Ты должен учиться ремеслу, сынок, любил говаривать он. Настоящая твоя рыбка плавает не в воде, а в карманах расфуфыренных дурней.

Ловкие руки – вот лучшая удочка, и поверь, у шустрого малого вроде тебя тут большие перспективы!

Впрочем, принесенный Гасом улов Папа уплетал за обе щёки – как и все они…

А ведь этот мелкий хитрюга всегда поступал по-своему, внезапно подумалось Морфи. Не ныл, не пытался оправдаться, и уж, конечно, не пререкался с Папой – но раз за разом умудрялся не делать того, чего не хотел. Вот бы и ему так же…

Он опять вздохнул. Ага, сейчас! Размечтался… Уж его-то неприятности стороной не обходят, какое там – если где-то впереди и поджидает зловонная куча, можно не гадать, кто из «семейства» Ориджаба вляпается в неё по самые уши.

Всю жизнь такое невезение! Приходится держать ухо востро и смотреть по сторонам, да толку-то… С этими мыслями Морфи толкнул скрипучую дверь хижины.

– Пожрать принес? – угрюмо осведомился Роффл.

Старший «братец», в одной набедренной повязке, с недовольным видом развалился на рваном матрасе, брошенном прямо на земляной пол.

Кругом валялись перепачканные кровью тряпки, а на мускулистом бедре Роффла сочился свежий порез.

– Ого! Кто это тебя так?

– Не твоё дело!

– Попался докерским, – охотно поделилась «сестрица» Олури, ловко обрабатывая рану вонючей дегтярной мазью. – Предупреждали же – в порт не суй-ся, там своя шайка орудует…

– Ну ты уж им, наверное, тоже врезал как надо? – неумело подольстился Морфи.

– Врезал, врезал… Так что насчет харчей, а? Помнится, сегодня твоя очередь! – сбить Роффла с толку было не так просто.

 – Что, опять пустой?

– Пиксин увел где-то мешок сушёных дафний, – сообщила Олури. – Татти варит похлёбку. Голодными не останемся, успокойся.

– Мы-то не останемся, – фыркнул Роффл. – А этот дармоед…

– Не тебе решать, а Папе. Сам, что ли, много принёс, а? – «сестрица» за словом в карман не лезла. – Давай, переворачивайся, спину ещё надо намазать.

Роффл безропотно перевалился на живот, коротко зашипев от боли.