Ведьма: тьма сгущается…

– Братан, пусти погреться, – Митя приподнял бутылку и улыбнулся обветренными губами.

Вовка вздохнул, выудил из кармана ключи и отомкнул подъездную дверь. Рыжая лампа бросала чёрные тени от соседей, что курили на площадке. Вовка поздоровался, и в дымном чаду прозвучало хриплое «Здорова, бандиты!» Тогда и Митя сказал своё «Здрасти!»

Затёртые ступени вели на второй этаж, где жил Вовка. Дальше, над плесневым потолком – только темень и крысы, скребущие по ночам своими маленькими лапками. Вовка отпёр деревянную дверь, за ней показался коридор коммунальной квартиры.

– Разувайся! Обувь бери с собой, а то тётя Зоя ругается.

В коридоре пахло борщом. Запах просачивался сквозь щели в кухонной двери и тянулся по всему дому. У Вовки в животе заурчало, но у них с Митей сегодня свой, диетический ужин.

Они тихо прошли к Вовкиной комнате, когда из туалета вышел старик, дед Макар и прокряхтел к своей двери.

«Хорошо, что не тётя Зоя, вот было бы крику, если бы узнала, что кого-то привёл», – подумал Вовка.

В комнате стоял облезлый, сплошь изрезанный ножом белый стол с тремя стульями, сетчатая кровать и шкаф. Митя поставил на стол бутылку, вытащил из-за пазухи ещё одну такую же и опустил рядом.

– Ты полон сюрпризов, братишка, – сказал Вовка и достал два гранёных стакана.

– Две по цене одной! – ответил Митя, и Вовка с видом знатока кивнул. Он сам придумал этот нехитрый обман: покупаешь бутылку в одном супермаркете, идёшь в другой из этой же сети и оставляешь её в одной из ячеек.

В магазине берешь такую же бутылку, а на кассе показываешь чек, якобы уже купил её. Способ рисковый, но ни Митя, ни Вовка ещё ни разу не попадались.

Митя с хрустом отвинтил крышку и комнату заполнил пьянящий пивной дух.

– Вторую бы в холодос пока, – сказал он.

Вовка взял бутылку, сунул в мешок на бечёвке и вывесил за окно через форточку.

Пили пиво, курили, и в воздухе кружился сизый дым. Вовка рассказывал байки про ведьму, которые сегодня услышал на работе.

Чуток даже от себя добавил, чтоб страшнее было. Митя заливался хохотом и у Вовки совсем отлегло. Стало быть, нормальные люди есть, которые не верят во все эти басни, что рассказывал дядя Петя с Палычем.

Замолчали. Митя курил и стряхивал пепел в горлышко допитой бутылки. Открыли окно, чтоб проветрилось.

– Рассказывай, чего пожаловал! – сказал Вовка.

– Мне нельзя к себе, – ответил Митя, – я бабок торчу.

– Много?

– Угу. Лысый, сука, караулит.