Жрец Мак

Если Мак подойдёт ближе, то сидящий несомненно обернётся к нему, принц потребует объяснений, а этот гад будет просить не золота, нет, судя по всему этого добра у вора достаточно… Тогда возможно титул, какие-то привилегии и, конечно же, безусловно королевское помилование за эти и, вероятнее всего, многие прошлые злодеяния. Скорее всего рядом будут и скрытые сообщники подлеца, на принца будет направлено не менее двух арбалетов…

В этот момент Мак, прижимая левый локоть к ушибленному боку, пожалел, что вчера снял с себя доспех: «Да лучше б мне давило и было неудобно… Дурень».

Принц не станет пользоваться мечом, он быстро сблизится с противником и, используя кинжал, закроется телом человека в сером от его сообщников, вот тогда и станет слышно, как запоёт этот высокомерный воробей.

Пустой лес

Мак медленно шёл вперёд не скрываясь, это было бессмысленно, человек впереди несомненно его заметил и, конечно, ждал. Принц, почти не чувствуя боли, приближался к, возомнившему о себе непонятно что, вору.

– Остановись, – попросил принца человек, закутанный в рваный серый плащ с капюшоном, – Твоя затея не увенчается успехом. Не хватайся за оружие, я клянусь, что я не твой враг.

Принц медленно подходил всё ближе, не последовав совету вора.

– А кто же ты, мой друг? – спросил Мак, отчаянно выглядывая сообщников в ближайших кустах.

– Знаю, в это сложно поверить, но так и есть. Происходящее слишком важно, чтобы терять время. Жаль… Но, похоже ты всё ещё не готов к разговору.

За спиной Мака, там наверху у сторожки продолжалась битва – слышался лязг железа, и в какой-то миг раздался особенно истошный вопль. Его высочество отвлёкся лишь на краткий миг, и в это самое мгновение прямо перед принцем взошло солнце и ослепило его сиянием. Мак выхватил меч и, пряча лицо за свободной рукой, отчаянно пытался проморгаться и унять боль в глазах, слыша, как вор убегает прочь.

Когда его высочество смог наконец ориентироваться не только по слуху, но ещё и опираясь на вернувшееся зрение, он тут же продолжил преследование. Вдруг всё на свете стало неважным, осталось там за спиной, единственное, что существовало для Мака ныне – это вор и желание снести ему голову.