Жнец

Тот поспешно спрятал в карман плоскую фляжку и, стараясь дышать в сторону, уточнил:

– Куда?

– На квартиру, к этому… – ткнул меня в бок Джек.

Крепкий спиртовой дух он, без всякого сомнения, уловил, но, пребывая в благодушном настроении, замечаний подчиненному делать не стал. Совсем распустились…

Дом, в который мне предстояло заселиться, был выстроен неподалеку от порта. Далеко не самый престижный и спокойный район города, но квартировавшие тут морячки и сами могли пустить кровь любому уличному хулигану.

А чтобы ни у кого из местных жуликов не возникло и мысли поживиться казенным имуществом, двор четырехэтажного особняка был обнесен высокой кованой оградой. Впрочем, на одни лишь штыри поверх забора флотские полагаться не стали – карауливший ворота седоусый дядька хоть и потерял неведомо когда все пальцы на левой руке, но как обращаться с висевшей на боку боцманской дубинкой, наверняка не забыл. Да и дудка при нем. Тревогу поднять завсегда успеет.

– Открывай! – прикрикнул на сторожа Пьер.

Ветеран смерил нас презрительным взглядом, почесал за ухом и покачал головой:

– Насчет повозки указаний не было.

– Совсем обалдел, что ли, старый? – опешил парень.

Сторож отвернулся и демонстративно сплюнул под ноги коричневую от жевательного табака слюну.

– Ладно, пошли, – соскочил я с пролетки и зашагал к воротам. Тут уж седоусый медлить не стал и тотчас отпер калитку.

– Люди из дворцовой охранки были? – спросил сторожа последовавший за мной Джек.

– Да кого тут только не было! – скорчив недовольную гримасу, фыркнул старик. Пиетета перед сухопутными крысами он не испытывал совершенно. Дворцовая охранка? Делов-то…

– Пошли давай, – поторопил я рыжего пройдоху. Продрог – сил нет. Еще и морось эта. Так и в самом деле простыть недолго. – И в какую конуру меня заселили?

– Скажешь тоже, в конуру! – Джек глянул на сидевшего на цепи здоровенного дворового кобеля и ухмыльнулся: – Хотя, если хочешь…

– Иди ты… – Я распахнул дверь и прошел в просторный холл.

– Господа? – поднял на нас взгляд сидевший за конторкой крепко сбитый пожилой мужчина. Он подозрительно прищурился и обернулся к развалившемуся в глубоком кресле Сержанту: – Это, что ли, ваши?

– Они самые. – Сержант поднялся на ноги и доложил: – Все спокойно.

– Вот и замечательно, – кивнул Джек. – Пока здесь побудь, вечером пришлю кого-нибудь.

– Это зачем еще? – удивился я.