Рутинёр

 – Понимаю, я не должен раскрывать такие знания, но очень уж хочется утереть кое-кому нос!

Я только хмыкнул. Эта схема была чрезвычайно сложной для построения, поскольку предполагала наложение трёх независимых узоров с предельно заковыристыми формулами. Требовалось не только укрыть человека от взглядов окружающих и замаскировать его эфирное тело, но и спрятать само заклинание от истинного зрения наблюдателей.

Школяр расценил моё молчание по-своему и зашептал:

– Она справится! У девчонки просто талант к таким вещам!

– Поживём – увидим, – усмехнулся я, похлопал его по плечу и поторопил: – Беги мыться!

Уве отправился вслед за бретёром в мыльню, а я покачал головой.

Впрочем, Марта не слишком-то и горела желанием утереть нос бретёру, её даже мой распоротый бок не слишком волновал – уже в мыльне девчонка лишь мельком поглядела на затянувшуюся рану, а потом начала вертеться, пытаясь получше рассмотреть собственный зад, и даже ущипнула себя за ягодицу.

– Филипп! – взмолилась Марта. – Она и в самом деле такая костлявая?

– Нет.

– Слишком толстая?

– Она замечательная, – фыркнул я, развернул девчонку спиной к себе и заставил навалиться на полати.

Марта попыталась было что-то ещё спросить, но очень скоро ей стало не до сомнений в собственной привлекательности, а я сполна исполнил данное Микаэлю обещание отшлёпать вздорную девчонку.

После отправил ведьму в дом, а сам уселся на пол, смахнул с лица пот и попытался не отрешиться от влажного жара мыльни, но впитать его и сделать частью себя. Размеренное выдохи и вдохи успокоили сердцебиение, сознание легко скользнуло в транс, куда более глубокий, нежели обычно. Живительная сила, разом влитая в меня Мартой, исцелила бренную плоть, но привела в совершеннейший беспорядок эфирное тело, и предстояло немало потрудиться, дабы вернуть его к состоянию относительного равновесия.

2

Утром при виде стропил низкой крыши даже не сразу сообразил, где и как сюда попал; потом только вспомнил. Рядом негромко посапывала Марта. Вопреки обыкновению девчонка не разделась донага, прежде чем забраться ко мне под одеяло, а целомудренно облачилась в ночную сорочку до пят. Оно и правильно – всё же положили нас всех в одну комнату, об уединении и речи не шло.