Ритуалист. Том 1

Какие аналогии он у тебя вызывает? Тебе известно слово «аналогия»?

Марта фыркнула и задумалась.

– Зелень распускающихся дубовых листочков с древесным налетом.

У меня отлегло от сердца. Идущую из запределья силу описывали по-разному, но диапазон этих цветов начинался серым и заканчивался черным с заходом в пурпур и багрянец. Зеленой ее не называл никто и никогда.

– Попробуй использовать другую силу. Ту, которая наполняет весь мир. Теплую, она может показаться оранжевой или желтой.

Знахарка посмотрела на меня с нескрываемым удивлением, но после недолгих колебаний все же предприняла попытку сотворить магический огонек. Эфир явственно сгустился, что само по себе было хорошим признаком, но не поддался знахарке и просочился через пальцы.

– Вот видишь… – поникла Марта.

– Пробуй еще! – потребовал я.

И вновь девчонку преследовала неудача.

– Сейчас нет нужной силы! – вспылила знахарка. – Говорю тебе, колдун! Она появляется весной! Лес дарит ее, а эта проходит сквозь пальцы! Я даже ничего толком не чувствую!

– Вздор! – отмахнулся я. – Отбрось суеверия! Ты можешь работать напрямую с эфиром! Я вижу это! Пытайся!

Марта попробовала раз и еще, но ничего хорошего из этого не вышло. Она никак не могла приноровиться к тончайшему эфирному полю, пальцы рвали его, а не сплетали в нити.

– Да покажи сам, как надо! – выкрикнула взбешенная неудачей знахарка. – Покажи!

Если б я только мог! Если б только мог…

– Ты ведь сам используешь палочку! – продолжила горячиться девчонка. – Почему? Ответь!

Я на миг задумался и, к своему величайшему облегчению, не испытал ни малейшего позыва сказать правду.

– Так проще, – ответил я, задумчиво посмотрел на четки и предупредил Марту: – Ладно, смотри очень внимательно и готовься повторять.

А затем принялся раздеваться до исподнего.

Марта захлопала ресницами, неуверенно взялась за поясок платья, спросила:

– Мне тоже?

– Тебе – нет, – усмехнулся я, хоть и ощутил немалый соблазн ответить утвердительно, лишь бы только придать нашим занятиям толику пикантности.

Но не стоит. Немалое количество университетских сообществ начинали такими вот невинными шалостями, а заканчивали свальным грехом и еретическими практиками.