Пятно

– Верное, говоришь? – Я поморщился и, машинально сунув пальцы под рукав куртки, потер перечертившую запястье отметину шрама. – В прошлый раз ты тоже так говорил.

– И на старуху бывает проруха! – пожал плечами Юра. – Зато сколько всего мы до того случая провернуть успели! Ты вспомни!

– Да уж, натворили мы немало, – не стал ввязываться я в спор и улыбнулся. – Только вспоминать об этом как-то не хочется. Теперь всю жизнь здесь куковать придется.

– А ты бы хотел куда-нибудь переехать?

– Я бы хотел иметь возможность куда-нибудь переехать.

– Ну, у меня такой возможности тоже больше нет, так что не переживай.

– Спалился?

– Типа того. – Храмов достал из кармана пиджака упаковку жевательной резинки и предложил: – Будешь?

– Нет, спасибо, – отказался я. – Федералы за тобой не пожалуют?

– Не пожалуют, – как-то очень уж пронзительно глянул на меня Юра. – И давай закроем эту тему. Хорошо?

– Легко.

– Так ты с нами?

– Не уверен.

– Слушай… – Храмов положил руку мне на плечо и проникновенно заглянул в глаза.

 – Мы ведь друг друга не первый год знаем! Да ты себя только вспомни: даже автомат ведь толком держать не умел, когда к нам пришел. И никто тебя на убой не отправил, нет – научили, помогли. А в последний раз не только вам со Стасом досталось, не надо виноватых искать. Так получилось.

– Ладно, проехали, – вздохнул я, прекрасно понимая, что будь у Юрия возможность привлечь толковых профессионалов, ко мне бы он точно обращаться не стал. А это так – демагогия и легкое промывание мозгов.

– Твое решение.

– Есть пара вопросов для начала.

– Подробности будут, если согласишься.

– Подробности – это здорово, но давай для начала оплату моего труда обсудим, – покачал я головой. – И только не говори, что вы все здесь за идею радеете. Идейным тоже кушать хочется.

– Двадцать тысяч. – Храмов не стал морочить мне голову своими лозунгами и уточнил: – Устроит?

– Федьками?

– Федьками.

– И куда я их дену? Рассчитайся оружием лучше.

– Свободных стволов нет. Могу остатки сухого пайка отдать, но там на такую сумму не наберется.

Я с сомнением посмотрел на Храмова и поморщился:

– Его же есть невозможно.

– Тогда бери деньгами.

– Хорошо. Давай тридцать – и по рукам.

– Захар, выдай, – легко сдался Юра, будто на меньшую цену и не рассчитывал изначально.

Сидевший на подоконнике парень с автоматом молча раскрыл лежавший рядом дипломат и протянул мне три пачки сотенных банкнот.