Пятно

Того и гляди – ливанет.

Впрочем, мне сейчас не о дожде волноваться надо – вон охрана на горизонте нарисовалась. Как бы не завернули. Юра Храмов – воробей стреляный, простому человеку на него выйти просто нереально. И бойцов этот жук наверняка из политических подобрал, а они через одного с головой не дружат. Ох, чую, проблем с охраной не избежать…

Переминавшийся с ноги на ногу у поваленных ворот хозблока крепыш в кожанке при моем появлении и в самом деле незамедлительно сунул руку в карман и выдвинулся навстречу.

– Чего тебе, бомжара? – недружелюбно поинтересовался он.

– К Храмову, – замедлил я шаг.

– Как зайдешь, сразу налево. Жди на первом этаже, – распорядился охранник, которого, как ни странно, вполне устроил такой ответ.

Я с трудом удержался от нервного смешка и направился во двор хозблока. Несмотря на куцый инструктаж, отыскать нужную дверь труда не составило: на крыльце перед ней уже толпились какие-то оборванцы, жадно тянувшие пущенную по кругу самокрутку.

И разумеется, немедленно курить захотелось и мне! Вот ведь!

Выходит, волнуюсь. Нехорошо это, совсем нехорошо. Как бы чего важного не упустить. Потом локти кусать буду.

– На собеседование? – обернулся один из оборвышей. – За мной будешь.

– Непременно, – хмыкнул я, поднялся на крыльцо и взялся за ручку.

– За мной, говорю, будешь! – Наглый тип схватился за уже приоткрывшуюся дверь, не давая пройти. – Не понял?!

Спорить и пытаться пересилить чудака я не стал, просто захлопнул дверь, и тот взвыл, не успев выдернуть защемленные между полотном и облицовкой косяка пальцы.

Больше никто остановить меня не попытался.

Набившаяся внутрь публика оказалась одета лишь чуть приличней дожидавшейся своей очереди на крыльце голытьбы, и задерживаться тут я тоже не стал. Молча протолкался через толпившихся в коридоре парней к лестнице и подошел к сидевшему на ступеньках мордовороту.

– Этого пропусти! – крикнули сверху, и угрожающе вскинувшийся амбал подался в сторону.

Я только хмыкнул и поднялся на второй этаж.

– Садись и жди, – указал на какие-то ящики вооруженный пистолетом-пулеметом парень, крепостью сложения ничуть не уступавший первым двум встреченным мной охранникам, но при этом еще и отмеченный некоей печатью интеллекта на челе.

Спорить с ним я не стал и уселся на штабель пластиковых коробов, попутно прикидывая, что именно в них может находиться.