Проклятый металл

 – Поняв наконец причину замешательства Эдмунда, я подошвой стер часть прочерченного на полу круга и принялся собирать вещи. – Теперь можно.

– Благодарю, – бросился тот к маркизу и убедился в правоте моих слов: заключенный не дышал. – Но почему?

– Возможно, бес успел полностью пожрать его душу, возможно, просто оказался слишком силен. – Заслышав топот ног в коридоре, я поторопился закрыть сумку и поднялся с колен. – Экзорцизм как наука еще находится в стадии становления. И мы не скрываем, что знаем пока слишком мало.

– Умер?! – взвыл заскочивший в камеру старший надзиратель. – Это ж надо! Именно в мою смену!

– Такое иногда случается, – как можно спокойней вновь повторил я. – Разве раньше бесноватые не умирали?

– Раньше они умирали всегда. – Старший надзиратель хлебнул из кожаной фляги вина. – На костре при большом скоплении народа. А не в моем подвале!

– Сколько помню, бесноватыми всегда занимался глава столичного отделения ордена Пламенной Длани Ян Верг. Тот самый экзекутор, которого вы у коменданта встретили, – объяснил Эдмунд.

– Надеюсь, и моей будет достаточно, – хмыкнул я.

– А тело? Это ж сколько мороки! – горестно вздохнул надзиратель и вдруг оживился: – Слушай, Эдмунд, а давай вытащим его во двор и сожжем, а? Никто ж не узнает, живой он был или мертвый!

– Забудь, – отмахнулся от него охранник коменданта. – И готовь бумаги на передачу тела на тюремное кладбище.

– Разве его не выдадут родственникам? – уточнил я, в принципе имея представление о принятой в тюрьме процедуре.

– Нет, – мотнул головой Эдмунд. – В королевском указе ясно звучало, что маркиз останется здесь навсегда. И смерть не является основанием для помилования. Его похоронят на тюремном кладбище.

– Простых-то мы родственникам выдаем. – Захмелевший старший надзиратель снова приложился к фляге и подмигнул: – За определенную мзду. А голытьбу всякую – прямиком в печь.

– Хватит пить. – Охранник коменданта вырвал у болтуна фляжку. – Старик учует – греха не оберешься!

– Старик? – удивился я.

– Главный медик, – буркнул Эдмунд.

– Понятно. – Я отряхнул пыльные колени кожаных штанов. – Что за день такой сегодня? И что бы экзекутору за это дело не взяться? Вот удружил так удружил!

– Сам удивляюсь, – кивнул Эдмунд. – Первый раз с ним такое.

– Так-так-так.