Повязанный кровью

Соседи считали Гаспара Мерини, в определенных кругах известного как Плотник, мелким торгашом-перекупщиком, частенько прогуливающимся по самой кромке закона, но никто из них даже предположить не мог, что этот всегда спокойный и уравновешенный человек последние пару десятков лет являлся не последним деятелем преступного сообщества города.

Последний раз окинув взглядом пустынную улицу, я зашел в распахнутые ворота двора и остановился перед скопившейся в подворотне лужей. Вот ведь! Тут и утонуть можно запросто.

– Чего тебе? – сидевший во дворе под навесом здоровяк, и сложением, и одеждой напоминавший ученика молотобойца, положил на лавку мешочек, в котором шуршали мелкие – всего в фалангу указательного пальца длиной – жареные рыбешки, и уставился на меня.

– Мне бы мастера Гаспара, который Плотник. – Внимательно приглядевшись к молодому парню, я приметил выглядывавшую из-под края широкой рубахи наколку, несколько неуместную для законопослушного молотобойца, и смахнул с волос осевшую морось.

– Мастера Гаспара сегодня уже не будет, – прищурился здоровяк, от которого не укрылся мой жест. – Подходи завтра до полудня.

– Договорились, – кивнул я и, не торопясь, пошел к Подгорной улице, той самой, где мне повстречались городские стражники.

Что ж, с наскоку найти нужного человека не удалось. Это не беда. Главное – он никуда не уехал, не попал в тюрьму, просто не простудился и не умер, в конце концов.

Помянув недобрым словом тень шляющегося невесть где Гаспара, я тяжело вздохнул, но все же решил, что без визита на городское дно обойтись никак не получится. И откладывать это дело в долгий ящик тоже нельзя – вечером бесследно исчезнуть в темных закоулках припортовых районов Геладжио шанс куда как выше.

На этот раз служивые на улице не околачивались, а спешившие по своим делам горожане оказались на редкость неразговорчивыми. Так что минут через пятнадцать бесплодных усилий выяснить дорогу до площади Ворон, мне ничего не оставалось, как окликнуть возницу, правившего медленно объезжавшей залитые водой выбоины телегой.