Последний город

– Ты же не любишь пешие прогулки? – решил отложить на время разговоры о делах альбинос.

Покинув квартиру, неординару вновь пришлось надеть перчатки, и этот факт его изрядно раздражал.

– Терпеть не могу.– Аарон придержал рукой шляпу и отвернулся от сильного порыва встречного ветра.– В старину думали, что конец света – это когда огненный дождь с неба. Черта с два! Пыль и песок. Пыль и песок!

– Смотрю, тебя на философствования потянуло? – несколько удивленно хмыкнул неординар.

– Мне не нравится, как это дело пахнет, вот и нервничаю,– признался детектив.

– В общем, ты опять встал не с той ноги,– кивнул Сергио.

– С левой. Специально заметил – сегодня я встал с левой ноги,– улыбнулся Аарон и огляделся по сторонам.

С бульвара они уже свернули и очутились на безымянной узенькой улочке. Впереди замаячили светящиеся колонны, отмечавшие вход в подземку, но случайных прохожих поблизости не было.

– Это что-то значит?

– Обычно я встаю с правой,– пожал плечами детектив.– Больше ничего.

– Хирурга нашел?

– Некто Ив Сибель,– поежился под порывом прохладного ветра Аарон.– Начинал хирургом в Госпитале, потом заведовал отделением, погорел на подпольных операциях. Сейчас держит тату-салон на Плантации. Перекресток Складской и Транзитной. «Сломанный паук».

– Хороший мастер?

– Говорят, исключительный.– Ординар неторопливо зашагал к входу в подземку.– Такие заклинания в татуировки зашивает, что молодняк с Фабрики к нему в очередь выстраивается.

– Татуировки – это замечательно, но меня интересует несколько иной аспект его профессиональной деятельности,– напомнил альбинос.

– Основной доход ему приносят заказы потрошителей,– не стал тянуть с объяснением своего выбора детектив.– Часть материала он с «Плантации» по личным каналам получает, часть ему эти выродки поставляют.

– На чем специализируется?

– На том, за что заплатят,– скривился Аарон.– Разбор на запчасти, нелегальные имплантации, пересадка органов.

– С таким послужным списком и на свободе?

– Отделу, который собрал досье, сам по себе Сибель не интересен, надеются выйти на более крупную рыбу,– вздохнул детектив.– К тому же всем понятно, что стоит дать делу ход, и хирурга больше никто никогда не увидит. Слишком многое ему известно.