Нелегал. Том 1

 – А знаешь, почему я зашиваюсь? Потому что все зашиваются! Полицейское управление расформировали, самых толковых сотрудников из Бюро оперативного реагирования в помощь комендатуре забрали, а на нас теперь ещё и оценку благонадёжности студентов навесили. И попросили дать мотивированное суждение по преподавательскому составу!

– Дела! – присвистнул я.

– То-то и оно! – кивнул Касатон. – И бытовуху никто не снимал, материалы копятся! Но там ещё потянуть можно, другое горит – за эти дни с поездов кучу студентов сняли, которые на фронт добровольцами рванули.

Я мрачно уставился на собеседника.

– Неужели есть и такие?

– Исключать нельзя, – веско произнёс Стройнович. – Прямо сегодня получи протоколы задержания и начинай разбирать с ними, не тяни. Где возникнут сомнения – вызывай студентов на разговор. Только назови это собеседованием, полномочий на допросы у нас нет.

– А где протоколы?

– Из комендатуры их в оперчасть Бюро передали.

– Найду, – уверил я собеседника и спросил: – А что с Обществом изучения сверхэнергии?

– Тишина, – сообщил мне Касатон. – Большинство преподавателей и почти всех старшекурсников на похороны великого князя вывезли, а те, кто остался, сидят тише воды, ниже травы. Да и не наша это головная боль.

Дальше пришёл мой черёд рассказывать о столичных приключениях, но надолго разговор не затянулся, поскольку Стройнович наскоро пообедал и сразу засобирался, вновь наказав мне сходить в Бюро.

В оперчасти всё прошло без сучка без задоринки, но когда я уже двинулся на выход со стопкой перетянутых шпагатом протоколов в одной руке и набитым брошюрами портфелем в другой, то наткнулся на Вяза. Случайной наша встреча точно не была, не иначе начальнику управления физической защиты о моём появлении сообщил с проходной дежурный.

Ну вот чего он ко мне привязался? Неужто заняться больше нечем?

Хотя… Сразу вспомнились слова Касатона Стройновича о том, что дисциплинарному комитету теперь помимо всего прочего поручена оценка благонадёжности студентов и преподавателей, а не сказаться на значимости и престиже занятой мной должности это точно не могло.

– Это что у тебя? – потребовал объяснений Вяз.

– Протоколы для дисциплинарного комитета сказали забрать, – попытался увильнуть я от прямой конфронтации, но безуспешно.

– Кто поручил?

– Председатель комитета.

– Вот значит как? – нахмурился потемневший лицом Вяз.