Межсезонье (сборник)

Пользуясь тем, что занятые неприятной процедурой коллеги перестали отвлекать, Лымарь ухватился обеими руками за сапог и потянул. Вообще-то он рисковал. Притаись под снегом какая хитрая тварь или тот же ледяной ходок, и Семену бы не поздоровилось, но в этот раз парень выволок на свет божий закоченевший на морозе труп дружинника. Лымарь его даже переворачивать не стал – ясно ведь: из той самой первой партии, – только срезал ремень автомата и с АК-74 в руках побрел обратно.

– Ну, ты и злодей! – зажав руками глаза, выдохнул осевший на корточки Алекс.

– Собственная разработка, – гордо заявил Виктор Петрович, которого прием микстуры нисколько не напряг. Будто чистую воду закапал. – Думаю «северным сиянием» назвать.

– Назови лучше «тараканы в башке», – посоветовал Шумов. – Или «взрыв мозгов».

– Кстати, о северном сиянии, – хмыкнул Василенко, едва успев проморгаться, – что это за лабуда у пирамиды?

– Где? – удивился Семен.

– И я, – кивнул Алекс. – Глюки начались?

– Петрович? – оглянулся на химика бригадир. – Ты чего закапал-то? Эффект какой?

– Повышается сопротивляемость организма к магическому воздействию и холоду, временно гасится ментальная чувствительность. Но на колдуна, полагаю, действует только первая компонента, – пожал плечами Виктор Петрович. – Чего видишь-то?

– Будто пульсирует что-то. На воронку похоже, никак толком не разгляжу.

– Ну, так пошли, посмотрим поближе, – предложил Лымарь. – Автомат кто возьмет?

– Давай уж, – снисходительно глянув на Антона и Алекса, махнул рукой химик. – Дети перестройки, блин! Ни начальной военной подготовки в школе, ни военной кафедры. От армии тоже отмазались, поди?

– Я – нет, я по здоровью, – возмутился Шумов.

– А я не успел, – хмыкнул Василенко и начал пробираться по глубокому снегу к отливавшей голубовато-серебристым сиянием пирамиде.

– Так ты здесь сколько уже, – удивился Лымарь, – лет шесть?

– Типа того, – кивнул бригадир и насторожился, когда заметил, что пробегающие по ледяной пирамиде блики возникают как-то очень уж синхронно с пульсацией призрачной воронки. – Осторожнее, не нравится мне все это!

– А уж мне как не нравится! – поддакнул пытавшийся хоть что-то понять в показаниях спятивших измерительных приборов Алекс.