Черные сны

Впрочем, убрать-то волыну он убрал, но тут же засунул большие пальцы за широкий кожаный ремень, с которого свисали ножны с длинным тесаком.

Мигом осунувшийся хозяин перевел испуганный взгляд на меня. Я усмехнулся и расстегнул рюкзак:

– Это точно. Деньги достали?

– А где товар? – быстро оглянувшись на седого, спросил торговец.

– Усе здесь. – Я начал вытаскивать из рюкзака солнцезащитные очки и передавать их парню с «Дыроколом». – Раз, два, три…

– Итого двадцать девять, – подтвердил достоверность моих подсчетов проверивший очки скупщик.

– Считаем дальше. – Теперь пришла очередь солевых грелок.

И вот тут случилась небольшая заминка – в одной из них засела автоматная пуля. Не иначе от стены срикошетила, когда Брыльский нам кровавую баню устроил.

– Брак, – вынес свой вердикт седой.

– Хрен с ним, – махнул рукой я. – Зачтем в счет скидки.

– Какой скидки? – всполошился торговец.

– А за срочность которая, – объяснил я.

– Непринципиально, – пробурчал седой и подтолкнул в бок скупщика. – Рассчитайся.

Тот отпер привинченный к полу сейф и вытащил из него весьма объемный мешок. Тут уж пришла моя очередь пересчитывать монеты, переводить золотые червонцы и серебряные «соболи» в царские рубли и подсчитывать в уме, на сколько меня пытаются нагреть. Получалось, как недавно заявил седой: «непринципиально». То на то и выходит.

– Счастливо! – сунув холщовый мешочек с монетами в рюкзак, я застегнул молнию замка и толкнул дверь. – Приятно было вести с вами дела.

– Аналогично, – кивнул седой.

Я на прощанье махнул рукой, тихонько прикрыл за собой дверь и, не спуская взгляда с окна лавки, начал медленно пятиться к газели.

– Как, удачно? – принял у меня из рук рюкзак Шурик.

– Ага, поехали отсюда, пока все так считают. – Я забрался в машину, и дождавшийся подбежавших пограничников водитель с места рванул вперед.

Черт, чуть не вывалился!

Отъехав от лавки на приличное расстояние, водила остановил «газель» и я с немалым облегчением спрыгнул на дорогу. Удивленные нашим появлением запоздалые покупатели, несмотря на темноту еще бродившие меж торговых рядов, благоразумно поспешили убраться восвояси, так что, когда ко мне присоединился Шурик Ермолов, поблизости уже никого не наблюдалось.