Черные сны

 – Берешь, нет?

– Возьму, – кивнул торгаш, в голове которого уже закрутились сложные расчеты будущих барышей. – Половину сразу отдам, половину завтра.

– Все сразу и никаких гвоздей.

– У меня столько нету, – неожиданно насторожился скупщик, взглянув на прислоненное к стене ружье. – Аванс сегодня, полностью завтра с тобой рассчитаюсь.

– Не, так дело не пойдет, – покачал головой я. – Договоримся так: вечером прихожу с товаром и получаю деньги. Все сразу.

– Да где я пятнадцать рублей серебром меньше чем за половину дня найду? – всплеснул руками торгаш.

– Твои проблемы, – хмыкнул я. – Займи. Или в долю возьми кого.

– Самый умный? – буркнул продавец и потер простенькое серебряное колечко, охватывавшее мизинец. – Товар покажи.

– С собой только образцы. – Я начал застегивать рюкзак и чертыхнулся, когда из него на пол выпала солевая грелка.

– Ну-ка, ну-ка, а это что еще такое? – заинтересовался скупщик.

– Солевая грелка «дельтатерм», – нехотя объяснил я.

– И чего она могет?

– Греет она.

– Надолго хватает?

– Там все написано.

– А активировать ее как? – заинтересовался ознакомившийся с описанием характеристик грелки торговец.

– Палочку катализатора согнуть надо.

– Сколько хочешь?

– Империал и давай без торговли, лады? Ни копейки не скину. Товар – огонь. – Не надо бы, конечно, в одном месте все сбывать, но раз уж засветился, чего теперь? Поздно боржоми пить.

– Сколько есть?

– Сто.

– Сколько?! – переспросил ошалевший от услышанного торговец.

– Сто.

– Ты меня разоришь! – старательно скрывая так и расползавшуюся по лицу довольную улыбку обожравшегося сметаны кота простонал скупщик. – Всю партию за сорок рублей серебром!

– Опух, что ли? – с неприкрытой скукой в голосе поинтересовался я. – Я сейчас тебе и очки продавать передумаю. Меня в Форт сходить не ломает. Время просто терять жалко.

– Ладно, ладно! – заюлил торгаш.

– Черт с тобой, по рукам, – плюнул я на выторгованные скупщиком два с половиной рубля серебром. Все одно такую кучу денег выручить не рассчитывал. – Но только чтоб деньги сегодня! Завтра таких цен уже не будет.

– Приходи часам ближе к пяти, – обрадовался моей сговорчивости торговец.