Цейтнот. Том 1

Я последовал за сослуживцем и спросил:

– Ну?

– Меня на вход поставили, – заявил в ответ Митя. – Ты, давай, по двору круги нарезай. Матвея на ворота забрали, тут из наших больше никого.

Я вытянул из кармана кепку и надел её, после достал за цепочку карманные часы. Отщёлкнул крышку, взглянул на циферблат и спросил:

– Долго нам тут ещё куковать, не сказали?

Митя скривился.

– А сам как думаешь?

– Никак не думаю, – буркнул я и двинулся прочь, но в одиночестве оставался недолго.

Фактически – нисколько не оставался.

– Пётр, дорогой! Какая встреча!

Я повернулся и через силу улыбнулся.

– Здравствуйте, Альберт Павлович!

Мой институтский куратор повернулся к священнику, с которым беседовал до того, и заявил:

– Отец Сергий, а этот молодой человек – наглядный пример того, как война меняет людей. Уверен, прежде ему и в голову бы не пришло заглянуть в храм божий!

Я немного даже смутился.

– Чего это не пришло бы? И раньше ходил…

Мягкое округлое лицо куратора расплылось в довольной улыбке.

– Раньше – это с бабушкой?

– Ну-ну, Альберт, не наседай так на отрока! – вступился за меня священник и вдруг спросил: – Не бывает атеистов в окопах под огнём?

Я молча кивнул. Именно так. И молитва там у всех проще некуда: «Только не меня! Господи боже мой, только бы не меня!» Я прекрасно помнил её. И помнил, как стоял в строю военнопленных. Я ничего не забыл. И не забуду. Никогда!

– Отче, а давай я всё же тебя подвезу! – резко сменил Альберт Павлович тему разговора.

– Брось меня опекать, Альберт! – потребовал священник. – Не смей! Всё в руках божьих!

Глаза моего куратора чуть сузились, а лицо стало самую малость жёстче, но никак больше раздражения он не выказал и развёл руками.

– Как скажешь! И хоть не в моих принципах приставать с просьбами личного характера, но будь добр, побеседуй с сим отроком. Его душевное здоровье внушает мне серьёзные опасения, а сам он слишком горд, чтобы согласиться на беседу с психологом.

– В самом деле по пути? – улыбнулся отец Сергий, огладив бороду, короткую и аккуратно подстриженную. – Отрок, сознавайся, ты где проживаешь? В студгородке, небось?

Моё дежурство было в самом разгаре, но поручение Альберта Павловича обладало в моей табели о рангах куда более высоким приоритетом, и я не стал ломать ему игру, сказал:

– Живу я в городе, на пару с товарищем квартиру снимаю.