Антиваксеры. Книга 1. Грустный праздник

– Ох, ироды! – притворно всплеснул руками Иван Иванович, – вы зачем-же живому человеку кляп в рот засунули, быстро вытащите!

Только сейчас пленник понял, что у него за спиной кто-то стоит. Невидимый кто-то тут же выдернул кляп и жить сразу стало легче и веселее. А Олег невольно подумал про себя, что обязательно спросит дома у матери, почему она так редко стирает его носовой платок. Хотя до дома надо еще добраться…

– Здравствуйте, – повторил Олег.

– А ты герой, Олежек, – восхитился его собеседник, – у меня аж сердце в пятки уходило, когда ты карабкался на памятник! А какую ты пламенную речь сверху толкнул! Загляденье!

Кузнецов приосанился, ведь слышать такие лестные слова от Ивана Ивановича в любом случае было очень приятно.

– Но вот незадача, Олежек, – развел руками секретарь, – прямо сверху по пожарной лестнице тебя спустили в полицейскую машину и увезли в отделение.

Тут, словно от летаргического сна, очнулся один из силуэтов справа от пленника. Им оказался Востриков, худой, длинный, нескладного вида мужчина, кандидат наук, доцент местного филиала областного университета, всю свою сознательную жизнь, выступавший против всех и вся, и наконец удачно нашедший себя в компании мятежных антиваксеров.

– Сатрапы! Ублюдки! Подонки! —закричал он, подпрыгивая и костеря на все лады полицейских. Впрочем, одного косого взгляда Ивана Ивановича хватило, чтобы Востриков заткнулся, но не перестал скакать на стуле, вновь переживая про себя трагические события вчерашнего дня.

– А в отделении полиции, Олежек, тебя ожидали только два варианта, – невозмутимо продолжал секретарь, – либо получить пятнадцать суток и подметать сейчас площадь вокруг памятника этим долбаным вакцинаторам, вместе с остальными задержанными, либо уколоться и выйти на свободу, предав оставшихся в застенке товарищей.

А ты на свободе… – и тут Иван Иванович добродушно улыбнулся и опять развел руками.

Олег вдруг почувствовал, как силуэты, внешне сидящие неподвижно, начали наплывать на него, тянуть к нему руки, угрожающе шептать и насвистывать.

Но Кузнецов не испугался – это было частью игры, в которую он сейчас играл, и в которой он просто обязан выиграть! А в голове услужливо всплыли слова, сказанные вчера следователем: «Они будут ждать, что ты начнешь оправдываться, уверять их в своей невиновности. А ты просто сиди и молчи!»

Поэтому Олег так и делал – он спокойно смотрел на силуэты и молчал. И его невозмутимость выбила из колеи даже самого Ивана Ивановича.