Антиваксеры. Книга 1. Грустный праздник

Когда он заметил компанию людей, стоящих возле одного из домов, было уже слишком поздно сворачивать или убегать.

– Эй дядя, закурить есть? – от компании отделилась тень и пошла на Олега вихляющей походкой.

– Нет, – ответил Кузнецов, сбавляя шаг, – не курю.

– А ты чо дерзкий то такой, – обрадовалась тень и подошла вплотную, но тут же разочарованно выругалась, узнав Олега. Это оказался его сосед Витек, парень лет на десять младше Кузнецова, вечно торчащий по закоулкам со своей компанией и промышляющий мелким гоп стопом.

– Совсем офонарел, – сказал гопник, – по темноте один шарохаешься! Ты хоть знаешь, сколько мудаков сейчас на улицах?!

Олег ничего не ответил, повернулся и пошел в сторону дома. Витек хотел было еще что-то сказать, но его остановило странное пустое выражение глаз соседа, поэтому он лишь пожал плечами и направился обратно к своей компании.

Киллер без дальнейших приключений добрался до подъезда, тоже с неработающим домофоном, поднялся по лестнице и открыл дверь в квартиру.

– И где ты шляешься, я тебе звоню, ты трубку не берешь, абонент недоступен, у меня давление двести сорок, полдня на кровати валяюсь, а тебя все нет, думала в морг уже звонить, совсем мать не любишь, хочешь в гроб ее свести, у меня предынфарктное состояние, а скорую даже некому вызвать, я тебя растила одна, не спала ночами, думала, что опора мне будет в старости, неблагодарный, такой же толстокожий, как сестра твоя, чувствую, умру я скоро, придешь домой, а мать мертвая лежит, да ты и не заметишь даже, давление меряю, на цифры смотреть страшно, а тебе плевать с высокой колокольни, шляешься где-то и на звонки не отвечаешь, голодный еще поди, я ужин три раза подогревала, грею и плачу, а давление скачет как сумасшедшее…

Под этот монолог Олег, давно выучивший его наизусть, разделся, вымыл руки и зашел в комнату матери.

– Дай-ка я тоже давление померяю, – сказал он, – что-то чувствую себя не очень.

Но мать проворно спрятала тонометр под подушку.

– Да ты как бык здоровый, с чего вдруг у тебя давление появится, – сказала она, – пошли ужинать.

Мать соскочила с кровати и побежала на кухню, продолжая говорить. Сын поплелся за ней следом.

– Соседка то наша дура, с шестнадцатой квартиры, баба Глаша, начиталась этой «Зари коммунизма» дебильной, пошла и вакцинировалась.