Антиваксеры. Книга 1. Грустный праздник

– Кузнецов Олег Спиридонович, сорок пять лет, не вакцинированы, образование среднее специальное, ранее трудились на заводе «Красный октябрь» сварщиком, уволены за прогулы шесть лет назад, в настоящее время нигде не работаете, не женаты, детей нет, проживаете по адресу город Шахтинск, улица Калужская, дом тринадцать, квартира семь, вдвоем с матерью, состоите в партии антиваксеров. Сегодня утром, во время несанкционированного митинга, Вы залезли на памятник Первым вакцинаторам…

Тут следователь прервался и впервые с интересом посмотрел на задержанного.

– Там же двенадцать метров высоты, да еще плюс постамент три метра. Вас снимали сверху пожарной машиной, Вы как туда залезли-то?

В Олеге некоторое время боролись гордость, презрение к власти и непреодолимое желание похвалиться. И, в конце концов, последнее чувство победило:

– Этот монумент несколько лет назад наш завод устанавливал, когда я там сварщиком работал. Сзади специальные скобы приварены, для монтажа. По ним и залез.

Майор посмотрел на задержанного с явным уважением. Тот приосанился.

– По имеющейся у полиции информации, за подъем на памятник организатор несанкционированного митинга по кличке «Троцкий» пообещал Вам восемьдесят пять рублей, – сказал Антонов.

Олега чуть ли не первый раз в жизни называли на «Вы», и в душе он этим страшно гордился, однако виду старался не подавать.

Полицейский придвинулся поближе.

– Но зачем Вам восемьдесят пять рублей? – спросил он.

– Похмелиться надо было, – признался Олег, умолчав о том, что вдобавок он хотел еще и произвести впечатление на Наташку.

– Да разве же на такие деньги похмелишься? – следователь, похоже, искренне удивился.

– У нас в соседнем подъезде бабка первач гонит и за восемьдесят пять чекушку продает.

– А почему за восемьдесят пять, а не за сто, например?

– Сто – дорого, – гордо сказал Кузнецов, – не купят.

Антонов озадаченно замолчал, размышляя о тонкостях нелегального ценообразования. Часы, обрадовавшись внезапной паузе, затикали с удвоенной силой.

– Олег Спиридонович, полиция не станет возбуждать уголовное дело в отношении Вас, если Вы дадите согласие на вакцинацию, – после паузы сказал майор, а потом наклонился и достал из ящика стола инъекционный пистолет какой-то необычной модели.

Великий Станиславский, увидев сейчас лицо задержанного, бросил бы навсегда свое актерское ремесло и, заплакав в бессильной злобе, подался бы с горя в шахтеры.