Прошедшая сквозь небеса

Вот интересно, мелькнула в голове у Дины посторонняя мысль – отчего это Джордж Богданович не входит, как все прочие, а именно прошествует? Даже в аварийную капсулу, ага… капитан вот проходит в люки, она, Дина Горностаева, перелезает… ну, Стасик и вовсе вваливается… а Джордж Богданович, как истинный потомственный лорд…

– Во-первых, она не твоя красавица, а стажёр-планетолог в составе экипажа звездолёта «Прорыв», и во-вторых, хватит с нас одного космического сибарита.

– Не сердитесь на него, Диночка, – мужчина ловким движением фокусника изящно извлёк из воздуха довольно крупное яблоко.

– Опять в гибернаторе протащил? – Владислав мельком глянул на фрукт. – Где только прячешь, интересно…

– В самых интимных местах, – с достинством ответствовал вопрошаемый. – Возле горячего сердца в данном конкретном случае.

Дина, не выдержав, фыркнула смехом.

– …К приметам нужно относиться со всем почтением, как учит нас народная мудрость твоей прародины.

– Ой, займусь я когда-нибудь тобой, мистик-самоучка, – капитан ткнул указательным пальцем в клавишу громкой связи. – Станислав, что там у тебя?

– Полный порядок, шеф! – жизнерадостным баском откликнулся динамик на пульте. – Система перехода отработала штатно, повреждений нет. Перевожу в спящий режим?

– В ждущий.

– Не понял… – в жизнерадостном голосе обозначилась лёгкая растерянность.

– Чего именно не понял? – капитан всматривался в цифирь, пестревшую на мониторе. – Систему гиперперехода переводим в ждущий режим.

– Теперь понял, – басок из динамика утратил жизнерадостность, сменив тональность на деловую-сосредоточенную.

– Психуешь, Влад, – негромко произнёс «лорд», через плечо начальства всматриваясь в цифирь, ползущую по монитору.

– Бережёных и Бог бережёт, как гласит столь любимая тобой народная мудрость, – капитан наконец обернул голову в сторону собеседников.

– Увы, он прав, Диночка, – пророкотал Джордж, – Не время предаваться праздному суесловию. Ваша задача – проверить посадочные капсулы, я же с Эльвирой займусь планетарным томографом и прочим…

– Да, Джордж Богданович.

– Ну вот и ладненько.