Локальная метрика

Тем, кто, как и он, потерял – кто здоровье, кто жильё, кто разум, кто способность противостоять соблазну алкоголя, а чаще всего – всё это вместе. Это не самым очевидным образом и не сразу, но привело его к Церкви, недостатки которой он старался не замечать – и до поры довольно успешно. Дерьмо всплывает кверху, а до тех, кто внизу, никому дела нет.

В любовно поднятой из руин пригородной церковке привечал он всякого, и каждому находил нужное слово (иногда и крепкое), поучение и настояние. Давал посильное занятие, скромную помощь, и, по возможности, душевный покой.

На свете полно людей, для которых и это немногое – спасение.

Пять лет он делил своё внимание между прихожанами и стройкой, восстанавливал храм, добывал средства, принимал помощь, раздавал помощь, крутился между жадными и нищими, злыми и голодными, тщеславными и впавшими в ничтожество, глупыми и слишком верящими в разум. Всё это время его поддерживала только жена – некрасивая, но добрая девушка, такая же сирота, как и он.

Детей им бог не давал, но они не теряли надежды.

Олег не читал того, что написала о нём та девушка. Однако она удачно попала со своим постом в какие-то медиатренды, собрала тысячи лайков, и каждый «духовный хипстер» в городе решил: «Вот он, настоящий жизненный коуч и реальный гуру личностного роста! Вот кто расскажет мне, как вырасти над собой и добиться успеха! Что особенно приятно – задаром…». Забросив гироскутеры и электросамокаты, они вбили адрес деревни в приложение такси – и началось.

Когда на его воскресной проповеди вместо двух десятков деревенских и десятка трудников впервые оказалось полсотни молодых лиц, он удивился, но не отступил. Пытался говорить так, чтобы им стало интересно. О самых простых вещах – об отношениях и ответственности, о людях и доброте, о том, куда ведут легкие пути, которых так много вдруг стало вокруг. Его слушали молча, ощетинившись камерами телефонов. На него как будто смотрел фасетчатый глаз неведомого, распределенного между устройствами, существа.

Но Олег не стал запрещать телефоны в храме. Вместо этого он, наоборот, запретил деревенским укорять за это молодёжь – так же, как за непокрытые головы и шорты. Через неделю небольшая церковка уже с трудом вместила собравшихся. Сам того не зная, Олег стал звездой социальных сетей – видеоролики собирали много просмотров, выложившие их получали рекламу и подписчиков, и процесс шел по нарастающей.