Календарь Морзе

На двери кабинета не было никакой таблички, только небольшая бронзовая цифра восемь. Я деликатно постучал по толстой дубовой створке, но звук вышел настолько неубедительный, что пришлось просто толкнуть ее и войти.

– Можно?

– Заходите.

За массивным столом с несколькими телефонами и традиционной лампой зеленого стекла сидел мужчина в штатском. Средних лет, первые робкие залысины по краям лба, атакующими клиньями прорезавшие поле будущей битвы с плешью, очки в тонкой стальной оправе, серый, слегка помятый костюм без галстука, лицо скорее приятное и, во всяком случае, неглупое.

Столешница перед ним была пуста, за исключением единственной папки со скоросшивателем в обложке из бежевого картона. Непривычно в наше время видеть стол без компьютера.

– Антон? – спросил он с утвердительной интонацией, заглянув в папку. – Присаживайтесь.

Я уселся на стул, оказавшись напротив.

– Зовите меня Александр Анатольевич.

– И вы придете?

– В смысле? – Он поднял глаза от папки.

– Обычно кого-то зовут для того, чтобы он пришел, – пояснил я.

– Нет, вряд ли, – ответил он, подумав. – Лучше вы к нам.

Итак, – глаза его вернулись к папке, – Антон Эшерский, угу… родился, учился… служил… опять учился… работал… даже так? Хм… Интересная вы личность, Антон.

– Это запрещено?

– Ни в малейшей степени, – ответил предполагаемый Александр, он же, вероятно, Анатольевич.

– Ну что же, Антон, – вздохнул он наконец, закрывая папку, – давайте побеседуем.

– С какой целью, позвольте поинтересоваться?

– Зачем люди обычно беседуют? Чтобы лучше узнать друг друга.

– Я, признаться, не собирался вас узнавать.

– А вы и не узнаете, – обнадежил меня собеседник. – В силу моего служебного положения это будет несколько односторонний процесс.

– Меня в чем-то обвиняют?

– Боже упаси! Вы, Антон, путаете – обвиняет прокуратура.

– Тогда подозревают?

– Не более, чем любого другого.

– Тогда зачем я здесь?

– Просто подошла ваша очередь, – улыбнулся мне Александр Анатольевич.

– Вы что, вообще всех так опрашиваете? – поразился я.

– А что вас так удивляет? – пожал плечами мой собеседник. – Что мы ищем причины? Это, простите, наша работа. Или что мы проводим для этого тотальный опрос? Разумеется, это не единственный метод, но и пренебрегать им тоже было бы, согласитесь, странно.