Хранители Мультиверсума. Книга четвертая: «Безумные дни»

Первое время он удивлялся полному отсутствию внешнего контроля за его лекциями – ведь он, на самом деле, мог бы, при желании, подвести такую идеологическую бомбу под уклад Коммуны! Не это ли мишурное сверкание якобы сладкой жизни подмыло постепенно советское общество? Не захотят ли здешние дети ста сортов колбасы и тысячи фасонов штанов, как бы он ни старался объяснить цену и последствия этого мнимого разнообразия? Тем не менее, никто ему не препятствовал вести лекции на своё усмотрение и никаких ограничений не ставил.

– Всё, коммунары, – сказал Артём, выключая проектор, – на этом сегодня заканчиваем.

– У-у-у… Уже? – послышались разочарованные голоса, так приятные каждому лектору.

– Артём Павлович, у нас из расписания убрали вашу пятничную лекцию, – спросили Белые Хвостики. – Когда мы теперь вас увидим?

– У меня командировка, – ответил ей Артём, сворачивая экран проектора.

– Привезите нам что-нибудь интересное! – крикнул кто-то из зала. – Да, да, привезите! – подхватило сразу несколько звонких голосов.

– Не обещаю, но постараюсь, – кивнул Артём. – До встречи, коммунары!

На выходе его уже ждала Ольга.

– Интересно рассказываешь, я заслушалась прямо, – похвалила она. – На твои лекции уже очередь, ты знаешь? На свободные места запись.

– Ну, я всё-таки бывший писатель, – смущённо ответил Артём.

– Тебе бы тут учителем остаться, – сказала женщина с непонятной грустью. – Но, увы, нам пора.

Внизу на ступеньках школы их встретил Борух. Он уже был в походном камуфляже, с рюкзаком и в разгрузке, на которой вызывающе висели банки к ручному пулемёту и несколько гранат. Самого пулемёта, впрочем, при нём не было.

– На стартовой точке всё, – пояснил он. – И твоё тоже. Пока ты детишек развлекал, старый еврей таки за тебя немного работал!

– Боря, не включай Одессу! – усмехнулась Ольга.

До здания, где располагался стартовый репер, было с полчаса неспешной ходьбы, и Артём не понял, почему Борух навьючился снаряжением заранее. Впрочем, может у них, крутых вояк, так принято? Чтобы утряслось или, там, улежалось. На ходу он размышлял о том, каково будет снова увидеть родной срез, и зачем они вообще туда собрались. Вчера с Ольгой так толком и не поговорили.