Дело молодых

Валидол ездил на настоящем грузовике – древнем, как говно мамонта, зато с надстроенной над кузовом монструозной будкой – и потому занимал самую большую площадь на прирыночном пустыре. Маленький сухонький дядька с хитрющими глазами держал под своей рукой большой бизнес – скупал по дешёвке старые, брошенные, битые и просто ненужные машины, разбирал их на запчасти, а запчасти вывозил на рынок. Ни одной ржавой гаечки не пропадало! Дед Валидол считал, что любая фигня, какой бы никчёмной она ни казалась, найдёт своего покупателя, если пролежит достаточно долго.

Дед Валидол встретил Йози, как любимого внука, подобрел лицом и полез громыхать железками в кузов. Оказалось, что кроме ржавого хлама, разложенного вокруг так, как будто его из самосвала высыпали, там есть и новые детали, завёрнутые в промасленную бумагу и насолидоленное тряпьё. И деньги за них удивительно умеренные, особенно если с магазинными сравнить. Это позволило моему крошечному гаражному недосервису не рухнуть под тяжестью финансового пофигизма, а впервые принести нечто вроде прибыли.

Йози был фантастический, виртуозный, безошибочный диагност. Человек-рентген, человек-радар, человек-сканер. Он на слух, взгляд, запах и вибрацию определял такое, для чего мне пришлось бы мотор по верстаку до последней гаечки раскидать.

– Но, как, блин, коллега? – спрашивал изумлённо я. – Как ты допёр, не вскрывая?

– Считай, что угадал, – смеялся Йози. – Это же просто грём.

Но больше всего мне в Йози нравилось уникальное умение принимать человека в текущем моменте и не нарушать границ. Например, он ни разу не поинтересовался, почему я живу в гараже, где жил раньше и как собираюсь жить дальше. И это прекрасно, потому что ответов у меня не было.

Глава 2.

Появление Йози сподвигло меня на давно откладываемый, но необходимый подвиг – разгрести подвал гаража, куда годами бессмысленно и без разбора сваливалось автомобильное железо. С помощником задача из нереальной становилась просто утомительной.

Лысые колёса на гнутых дисках, ломаные торсионы, мятая драная кузовщина… Когда был снят последний слой железа, стекла и резины, я был полумёртвым от усталости и грязным, как чёрт.