Дело молодых

Можно сидеть ночами на крыше, курить, припадать к горлышку бутылки и снова откидываться на спинку балансирующего на кривых полозьях старого кресла. Думать, думать – и потом не думать, глядя пустыми глазами в Луну, медленно и даже не без некоторого удовольствия растворяясь в здешней странной полужизни. Своеобразный эскапизм, которым пропитано это место, требует глубины погружения в оригинальную местную философию «непротивления жопе деянием».

«Расслабься, друг, – говорит тебе Гаражище, похлопывая по плечу грязной корявой рукой механика, – подумаешь, жопа случилась.

Сядь, успокойся, выпей. Послушай, как тут тихо. Вот ты сражался, работал, преодолевал, боролся, любил и ненавидел – и где оно всё теперь? Забей, мужик. Не так уж много тебе надо, на самом-то деле…»

В силу обстоятельств, которые я хотел бы оставить за скобками данного повествования, из недвижимого имущества у меня тогда остался старый гараж, а из движимого – старый УАЗ. В силу их ничтожной ценности на них никто не претендовал.

Впрочем, если уж во всём искать положительные стороны, никто не претендовал теперь и на меня. Особое состояние полной свободы – когда ты совсем, вообще, никому не нужен. Тогда было лето, ночь, луна, бутылка и много-много печального безмыслия, которое нарушилось самым неожиданным образом.

– Ута?ешь, еве?к?

В этот момент я мог бы подпрыгнуть от неожиданности и навернуться с гаража вниз башкой, на чём бы эта история и закончилась. Но я был пьян, расслаблен и даже не вздрогнул.

– Ута?ешь, а?шую? Усти?шь?

Из-за странной дикции – с глотанием слогов, шепелявостью и спутанными согласными – я сначала принял его за ребёнка. Потом лунный свет лёг иначе, и он, наоборот, показался маленьким старичком. Потом решил, что мне пофиг, и не думал об этом больше. Просто такой странный человек – ростом метр с кепкой, в одежде с чужого плеча, с лицом не то блаженного дурачка, не то буддийского святого.

– Тебе чего?

– Ути?шь?

– Не понимаю я тебя, друг.

Ты кто вообще?

– Сандр а.

– Александр, что ли, Саша?

– Ни. Ни кса, ни аша. Сандр. Сандр а.

Со временем я приспособился его понимать, но до сих пор не уверен, как правильно произносится его имя. Звал Сандером.

– И что тебе нужно, Сандер?

– Уазь? – ткнул он пальцем в крышу. – Уазь вой?

– Да, мой УАЗ. Собственный, маму его железную еть, – я был полон технического скептицизма и несплюнутого яда.

– Уазь осё, – закивал головой Сандер.