Дом Живых

К стоящему возле камина высокому мужчине (его играет прикрытый иллюзией Эд) стремительно шагает из-за кулис статная красивая женщина в мантии птахи, и никто не смог бы заподозрить в этой красавице крошечную гномиху на ходулях.

– Ничтожный муж, немедля признавайся,

куда ты дел прекраснейшую Мью!

Ты не юли, не ври, не отпирайся,

иначе я сейчас тебя убью! – поёт женщина громким и решительным голосом.

– Как ты могла вот так сюда явиться?

Мои и так решенья нелегки.

Моя жена теперь будет молиться,

в монастыре замаливать грехи! – поёт в ответ мужчина.

Завирушка понимает, что видит историю о тайной любви Падпараджи, а это муж Мьи Алепу, Катигон, отославший её в дальний монастырь за измену.

Зрители внизу волнуются, переглядываются, некоторые даже вскакивают.

– Петь на сцене? В обычной пьесе, не опере? – доносятся до девушки удивлённые восклицания.

– Чудовищное поругание канона! Я немедленно ухожу! – заявляет кто-то громко, но уходящих единицы, остальные продолжают смотреть.

Меж тем, на сцене разворачивается драма: Падпараджа обвиняет мужа в том, что всё, чем он владеет, включая эту виллу, принадлежит Мье, которая как оперная дива получала богатые дары от поклонников её таланта. Муж, ничуть этого не отрицая, напоминает, что по законам Диаэнкевала является распорядителем имущества семьи, а супруга полностью в его власти. Тем более, уличённая в измене супруга.

– Тебе плевать на то, что изменила!

И никогда её ты не любил!

Твоя жена богатства накопила,

а ты теперь их подло захватил! – не сдаётся Падпараджа, взывая к совести и чести, которые у негодяя явно отсутствуют.

Катигон Алепу глумится над женщиной и требует денег за то, чтобы сказать, где именно теперь Мья, но решительная Падпараджа приставляет ему к горлу кинжал, и он сдаётся, называя монастырь, в который сослал бывшую жену.

– Моя супруга принесла обеты,

и не вернуть тебе её страстей.

Там птахи бродят, в мантии одеты,

и не пускают там мирских гостей… – издевательски поёт он на прощание, когда Падпараджа удаляется со сцены.

***

Действие так захватило впервые оказавшуюся в театре Завирушку, что она забыла, где находится, полностью погрузившись в драму, и совершенно не заметила, как опустошила оба стакана. Это привело её в такое непринуждённое состояние духа, что, обнаружив в ложе большого чёрного козла, девушка восприняла это совершенно как должное.