Самый долгий рейс

Сигнал поступал со спутника, только что вышедшего из теневой стороны Земли. Его изображение передавали мощные камеры, проецируя на мониторе.

– Что это? – Рассел разглядывал крестообразный спутник, заключенный в узкую дугу системы межтерминальных сообщений. – Я такого не помню.

– Я тоже его впервые вижу. – Марко, внимательно сдвинув брови, рассматривал таинственную станцию.

Станция, медленно плывшая на фоне звезд, напоминала призрак. Она выглядела отталкивающе, почему-то напоминая заброшенный дом, наполненный призраками.

– Мы пойдем на сближение с этой станцией, – сообщил он, не отрывая от нее глаз. Марко, не поворачиваясь к нему, так же напряженно смотрел на парящий в пространстве, бесшумный призрак. Сходство с заброшенным домом придавали иллюминаторы, в которых не горел свет. Бортовые огни тоже не перемигивались, предупреждая об опасности пролетающие объекты. Теперь некого было оповещать.

– Надеюсь, ты не собираешься к ней пристыковываться? – Спустя некоторое время, медленно повернувшись, спросил второй пилот, словно до него только что дошли слова командира.

– Собираюсь, – коротко ответил он.

– Зачем? Это рискованно! Наш курс лежит на Землю. Еще два часа и мы дома.

– Ты думаешь, я не хочу быстрее вернуться домой? – Рассел был серьезен и строг, как никогда. Наверное, сказывалось нервное напряжение и его далеко не молодой возраст. – Во-первых, мы уже решили, на Землю не возвращаться – на неисправном корабле это очень рискованно.

– Командир, разве ты не видишь? – эмоциональный помощник вскочил с кресла и тоже указал рукой на станцию. – Она сама нуждается в спасении. Она дрейфует, как и мы дрейфовали час назад. От нее не исходит ни одного сигнала, ни на одной доступной нам частоте. Даже бортовые огни не горят. Я ее не знаю, в конце концов!

– Она действительно выглядит безжизненной.

Второй пилот выглядел ошарашенным. Он не мог понять, шутит ли с ним командир или говорит серьезно. Но уже через минуту он улыбнулся и сел назад в кресло.

– Хорошо, – согласился Марко. – Но что мы скажем пассажирам? Долго себя обманывать они не дадут.

– Сейчас глубокая ночь, они спят. По графику мы прошли только половину пути. Так что, мы имеет пять-шесть часов форы.