Гармония преображения

КАЖДОДНЕВНЫЕ ПУСТЫЕ СЛОВА, ЛИШЁННЫЕ СМЫСЛА, И, КАК РЕЗУЛЬТАТ, НЕСКОНЧАЕМЫЙ ПУСТОЙ РАЗГОВОР

(КАЖДОДНЕВНЫЕ ПУСТЫЕ СЛОВА, БЕЗ КАКОГО-ТО СМЫСЛА, НО СЛОВНО СРПРОВОЖДАЮЩИЕ СВОИМ БЕСКОНЕЧНЫМ И МУТНЫМ ПОТОКОМ, ТЕКУЩИЙ КУДА-ТО, НА ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД КАК БУДТО НЕСКОНЧАЕМЫЙ И СОВЕРШЕННО, БУДТО БЫ ЦЕЛЕНАПРАВЛЕНО ПУСТОЙ РАЗГОВОР)

Между тем, практически все обитатели обычной, каждодневной, полной движения, человеческой мешанины, прекрасно знают, что, кроме ругани, в повседневности жизни существуют и иные не самые желательные формы воздействия произнесённым словом на окружающую обитателей, обыденную среду.

Речь здесь пойдёт о столь привычном при общении, назойливом, докучливом и бесконечном щебетании, чаще всего лишённого какого-либо смысла, и вместе с тем для многих столь привычного и каждодневного пустого разговора. Да, всё выглядит самым нелепейшим и трудно объяснимым для любой логики образом. Казалось бы, ну что с того, что зазвучат со стороны того ли, или же другого из разговорившихся, по ходу дела если разобраться, никому, ни говорящему-произносящему, ни слушающим, и притом со всей определённостью неважные, но с удивительной настойчивостью вновь и вновь произносимые, и часто склонные бесцельно повторяться фразы. А вместе с тем, такого плана вид, на первый взгляд ничтожнейшего смыслом, не знающего ни начала, ни конца, того же телефонного общения стал ныне, в век прижатого плечом к склонённой голове и уху, какого-нибудь средства связи, по сути, даже более чем актуален. Да, раньше, и не скажешь, что избыточно давно, существовали времена, когда желающие просто поболтать, при этом чаще всего просто ни о чём, для воплощения чего-либо подобного встречались, и, потом, всё говорили, говорили, говорили что-нибудь кому-нибудь, где встретились, при этом сами, развлечения ради, выслушивали нечто, сказанное собеседником, после чего, в ответ услышанному, снова всё о чём-то говорили, говорили, говорили без какого-то конца и края. О чём, не суть, здесь главное, что здесь другим разговорившимся, кто всё-таки себя обременял пустопорожними произнесёнными словами, казалось, что по жизни чем-то заняты, и чем-то, хоть немного развлекающим и интересным, к тому же время, вроде менее приметно утомляя пустотою, убегает. Пришёл, поговорил о том – о сём, глядишь, и день быстрей прошёл, а если не быстрей, то хоть немного интересней, чем если всё воспринимать в виде пустого и лишённого даже таких занятий, обременительного бесконечностью и одиночеством, сиденья в ожидании.