Патоген Вечности

– Прошу вас, профессор, – попросил Родинов, – начните свой рассказ с той экспедиции.

– В тот год произошла наша первая встреча с бессмертными, – Александр Иванович медленно выговаривал слова, – я даже и предположить не мог, что бесследное уничтожение многих невинных ученых вызвано намерением ордена Линия крови остановить продолжателей Ewigkeit, не дать ученым, работающим по программе Аненербе, найти нужные артефакты, чтобы реализовать мечты о вечности правителей фашистской Германии. Чтобы мое изложение было последовательным, нужно начать с путешествия одного австрийского мистика в Тибет.

***

Путешествие на Тибет австрийского эзотерика.

Александр Иванович вновь поднялся, попытался найти что-то на книжных полках, провел пальцем по корешкам книг, затем хмыкнул и направился к своему рабочему столу. Он собирался рассказать о европейце – исследователе Индокитая, чью книжку он нашел в библиотеке университета и прочел лет пять назад. Как ученый он за годы научной и преподавательской деятельности приучил себя систематизировать разрозненную информацию.

Для себя он давно принял правило, самое важное записывать в свои дневники. Найдя толстую тетрадь с потертой зеленой обложкой в нижнем ящике стола, ученый с силой задвинул его так, что закачались шахматные фигуры на доске, вернулся к окну, снова заняв место на стуле.

– В начале двадцатого века в Европе началось повальное увлечение эзотерикой и мистикой, стали появляться гуру всех мастей, а по сути шарлатаны, обещающие открыть позабытые знания прошлых цивилизаций.

 – Профессор Акимов начал свою лекцию привычно оперируя интонацией своего голоса. – Австрийский историк Александр Эдер, также попал под увлечение общества.

– Я много читал о тех годах и наслышан, что европейцы интересовались подобными учениями, – вмешался Дмитрий, – многие даже отправлялись в путешествие по Индокитаю, считая, что эти знание скрыты на востоке.

– Вот и Эдер после странствий по Индокитаю направился в Тибет. – Принялся рассказывать Александр Иванович далее. – В своих дневниках он писал, что посвятил два года древней Лхасе, где в монастыре Джоканг под началом старого Танпоче погрузился в изучении языка, традиций, дабы прикоснуться к великой мудрости востока. – Профессор усмехнулся. – Не сочти мои дальнейшие слова, как мнение ученого историка, я только излагаю суть записок австрийца.