Дыхание разума

Сопровождающий провел его в ничем не примечательное здание через пост охраны, далее по лестнице вверх и без остановки оказался в приемной под прицелом нескольких пар глаз чего-то ожидающих людей.

– Нарком примет незамедлительно! – Среагировал секретарь.

После короткого доклада о прибытии доктора фон Кланке, секретарь указал широким жестом на кабинет, придерживая открытой дверь. Артур осторожно вошел, впереди за столом сидел мужчина с большой лысой головой и уставшими глазами, рядом за приставным столиком устроился уже знакомый сухонький старик с седой всклокоченной шевелюрой.

Дверь позади мягко бесшумно закрылась, оставляя ожидавших приема людей, секретаря и сопровождающего его офицера.

– Ну что же, молодой человек, проходите, – с кавказским акцентом произнёс лысый мужчина. – Мы знаем, что вы говорите по-русски или может быть вам привычнее общаться на немецком? Так мы пригласим переводчика.

– Благодарю вас, – немец сделал несколько нерешительных шагов и остановился у торца приставного стола.

– Присаживайтесь поближе, – старик тряхнул седой головой и указал напротив себя на стул.

Мы с Константином Арцахавичем хотели бы конкретно с вами побеседовать. Вы не возражаете молодой человек, если мы будем называть вас Артуром?

Доктор кивнул и быстро занял место напротив старика и принялся посматривать на хозяина кабинета и старика, оказавшегося академиком Смелковским Антоном Борисовичем. Нарком минут десять говорил о советском человеке будущего, атлетически прекрасно сложенном, о его пытливом уме, высоком интеллекте и хорошем образовании.

Эта речь напоминала лозунги, но в ней совершенно не было нацистского снобизма, исходившего из уст германских вождей. Слова Константина Арцаховича о безмятежном будущем звучали фантастично, война еще не закончена, фон Кланке даже представить себе не мог количество убитых советских граждан и масштабы разрушений.

– Возможно мы до этого светлого будущего не доживем, – подхватил риторику наркома академик Смелковский, – но с помощью вашей технологии мы сможем ускорить процессы зарождения навыков человека коммунизма.

_ Антон Борисович поражен вашими исследованиями, – взял слово хозяин кабинета, – нами человеконенавистнические методы евгеники неприемлемы. Ваши эксперименты свидетельствуют о совершенно других гуманных способах воздействия на человека.

– Для меня, как последователя теорий моего учителя Огенбауэра, – высказался Артур, садистские методики и попытки создать из людей бездушных тварей немыслимы.