Семь ступеней в полной темноте

– Она напала на меня в поле… – начал кузнец свой рассказ, глядя на пленницу с высоты своего роста. – Было уже, наверное, за полночь, я нес домой сломанный плуг. А она свалилась на меня сверху. Появилась ниоткуда, только тень и видел. Я и испугаться толком не успел. Но, когда увидел ее силуэт в лунном свете, сразу вспомнил наш с тобой разговор. И тут разум мой затмило…

– Но… как ты справился с ней? – изумился старик.

– Я не помню. Просто сбил ее на землю, вот и все. А потом… овладел, пока удача не покинула.

– Что ты сделал!? – глаза старца поползли из орбит…

– Ну, овладел… как мужчина овладевает женщиной.

–О чем ты только думал?! – Воскликнул старец с хрипом в горле. Он нервно хохотнул и пробурчал что-то себе под нос.

– Я вообще тогда головой не думал, – признался кузнец.

– Оно и понятно… Тогда, ты точно должен ее убить. Убить и точка!

Арон снял чайник с огня, и разлил подогретое вино по кружкам.

– Не думаю, – твердо заключил он, отдав одну кружку бестии, а другую старику.

– Пора бы научиться… – огрызнулся гость.

– Так, ты скажешь мне кто она?

– А ты еще не понял… смертный?

– Слово за тобой….

Старик, нервозно посмеиваясь отхлебнул горячего вина.

– Перед тобой, смерд, чистокровная, высокородная валькирия, собственной персоной. Дочь Ангуса – старшего сына по королевской линии.

– Угу… – опасения кузнеца подтвердились. – Я примерно так и думал, но не был уверен до конца.

– И это все? Ты что не понял, что я сказал!?

– Вполне… Да ты присядь, не волнуйся так.

– Не волноваться? – не унимался старик. – Да это же самая мерзкая тварь из тех, что я воспитал! Это просто чудо что ты ее поймал. Да еще и обесчестил! Уму не постижимо, сколько прекрасных, достойных людей пало от ее руки… только за намек о близости!!! Она мужчин на дух не переносит. Я не удивлюсь, – он ткнул в нее пальцем. – Если там, на ее бедрах, была кровь!

– Кровь была, – подтвердил Арон. – Я тогда руки о клинок порезал.

– Это ты девственность ее, своим "клинком" прорезал, – усмехнулся старик.

– А мои крылья!? что она сделала с ними…

Старик вдруг осекся, и сжался, словно получив увесистый подзатыльник.

– А что сталось с твоими крыльями? – как ни в чем не бывало уточнил Арон.

– Она… отсекла их, – угрюмо процедил он. – Забавы ради… в ответ на мое замечание.

Старик опустил голову на ладони и тяжко вздохнул.

– Теперь ты знаешь, почему я избегаю людей. В твоих руках моя тайна.