Аркус. Маг из низшей касты

Не заходя внутрь и морща носы, мы перевалили остатки каши через забор. В этот момент свиньи выглядели очень счастливыми.

– Если честно, им нужно больше еды, но тогда зимой нам всем вместе придётся пить травяной чай, – сказала Алиса.

– Вы богато живёте, – заметил я. – Столько скотины.

– В деревне почти нет Синих. Нам дают задания на неделю, а иногда и на месяц вперёд, – вздохнула девочка. – Так что многое не наше. Половину скота нам привели на откорм. Потом просто заберут и спасибо не скажут.

– Этого они не любят, – усмехнулся я невесело, – говорить спасибо.

– Пойдём к причалу, – с улыбкой перевела тему Алиса. Ей не хотелось говорить о плохом.

Берег, на котором жила Алиса, был пологим, и потому причал оказался довольно низким.

– В буйную весну его заливает полностью, – пожаловалась Алиса.

– Свой причал, – я восхищенно покачал головой. А сам думал, как весело летом с него можно нырять и ловить рыбу.

Справа от причала, на лужайке с невысокой зелёной травой, был сложен очаг из камней.

В нескольких шагах от него лежала охапка дров. Я помог Алисе расстелить на земле толстое одеяло и спросил:

– Разожжём костёр?

– Люблю огонь, – ответила Алиса.

Я бросил в очаг охапку хвороста, представил загорающуюся спичку и произнёс:

– Сцинтилла!

Огонь занялся сразу, несмотря на то что дрова были немного влажные.

– Это лучше, чем бежать за спичками, – улыбнулась Алиса.

Я по привычке потянулся к фляжке, но почувствовал, что сил у меня осталось достаточно. Да и незачем было сейчас колдовать.

Подул ветер, и ещё не набравший силу огонь затрепетал, как беспомощный птенец. Я уже собрался повторить заклинание искры, но ветер, словно обжёгшись о костер, начал дуть на воду, покрывая реку рябью. Огонь дрожал ещё несколько секунд, будто приходя в себя после удара, а затем весело затрещал, распробовав новые дрова на вкус.

Мы сидели и смотрели на огонь, на воду, друг на друга. Секунда шла за секундой, выстраиваясь в ровные шеренги по шестьдесят штук, чтобы превратиться в минуту.

Нам с Алисой казалось, что время остановилось. Река будет течь, огонь гореть, и нам никогда никуда больше не захочется. Но прошла ещё четверть часа, и мне пришлось встать, чтобы подбросить дров. Хрупкая иллюзия растаяла, и я сказал:

– У вас здесь безлюдно и спокойно.

– Мёртвое спокойствие, – глухо отозвалась Алиса и на несколько минут замолчала. Затем, когда я снова сел, заговорила: – Десять лет назад на нашу деревню обрушилась страшная болезнь.