Аркус. Маг из низшей касты

Я хотел крикнуть: «Не делай этого!» Но не стал, зная, что боль, которую причинит браслет, всё равно заставит Гая подчиниться. Мой друг начал подбирать хлеб ртом. Я отвел взгляд, не желая запоминать очередной позор фиолетовой касты.

Спас нас Синий учитель. Взрослые обычно были против издевательств над низшими кастами, но взрослые, тем более Синие, не всегда рядом. Учитель зачем-то вернулся к школе и, увидев хулиганов, начал их ругать:

– Дураки! Эти люди всю жизнь будут вам помогать! Как вы думаете, после такого им захочется работать хорошо? Пошли прочь от школы, и чтобы я вас здесь больше не видел в день Фиолетовых, – затем Синий преподаватель оглянулся на нас и сказал: – Можете идти домой.

Мы встали и быстрым шагом пошли к холму. Я похлопал Гая по плечу, чтобы хоть как-то его подбодрить.

– Песок на зубах скрипит, – пожаловался он.

– Не переживай, – сказала Алиса. – У нас вся жизнь такая. С песком на зубах.

Меня бросило в дрожь от её слов.

– Я им что, собака? – сокрушался Гай. – Зачем так делать?

Ни я, ни Алиса ответа не знали.

Ветер, словно пастух, гнал по небу тёмные тучи. Когда дождевые облака спрятали солнце, на нас закапала вода. Мы пошли быстрее и спустя полчаса подошли к дому Гая. Выглядел мой друг мрачно.

– Забудь, дружище, – шёпотом сказал я, надеясь услышать, что случившееся – «тухлый бред бесцветного», но даже Фиолетовому трудно забыть об унижении.

– Пока, – буркнул Гай и направился к дому, опустив голову.

Алиса и я дошли до края деревни, откуда был виден мой дом и лес медра. В такую погоду он выглядел ещё дремучее.

– Встретимся здесь за два часа до занятий? – спросил я, снова чувствуя странное волнение.

– Хорошо, – улыбнулась Алиса.

– Лёгкой недели! Счастливо! – пожелал я.

– Лёгкой недели, до встречи, – ответила она и зашагала прочь.

Несколько минут я стоял, как фонарный столб, провожая подругу взглядом.

Я ждал следующей встречи.

Глава третья

Зелье

Слава жрецам, по дороге мне не встретился никто из Синих. Я бегом проскочил через наш огород и зашёл в дом. На мягкой подстилке возле печки сидел Фостер-древний и что-то писал в книжке в кожаном переплёте.

– Как школа? – спросил дед.

– Фиолетовый учитель рассказал о щите.