Познавшие смерть 2. Война

Слышны всхлипы, причитания. В центре помещения невысокий постамент, на котором обитый бархатом стоит гроб. Возле – молодая женщина, но в прядях её собранных в пучок волос, серебром отливают седые вкрапления. Она склонилась над телом, что лица трупа не видно.

Обжигающий холод предчувствия пронзает сознание. Попытка приблизиться, рассмотреть, кого хоронят, но толпа приходит в движение и людской поток, словно стена, не даёт сделать и шагу вперёд…

– Основатель, с вами всё в порядке? Вы так кричали, что…

– Всё нормально, Серо, – произнёс Инноми, открывая глаза, и не узнал свой голос.

Вместо звонкого, властного тембра, еле выдавил из себя глухой, гундосый звук, – это всего лишь плохой сон.

«Всего лишь сон», – повторил про себя Инноми, вставая с кресла. Его колотил озноб, а лоб покрылся испариной. Дрожащей рукой он вытер пот с лица и, не удержавшись на ослабевших ногах, опять опустился в кресло.

«Сон?! Когда в последний раз я видел сон? И сон ли это?!» – Инноми терзали сомнения.

С того времени, как познал смерть, он не видел сны. Только ощущения, а сейчас во время скоротечного отдыха, Инноми увидел яркие образы и… кого??? Того, с кем ищет встречи. Того, с кого используя право, а если понадобится и силу, хочет спросить: «Этому я тебя учил… сын?!».

– Основатель, обед готов, – вывел из размышлений голос помощника.

– Хорошо, Серо, – Инноми взглянул на накрытый стол и про себя отметил, что один человек всё съесть, или даже попробовать не сможет. – Присядь, раздели трапезу со мной…

– Серо, – когда утолили первый голод, заговорил Инноми.

 – Во сколько придут командиры?

– Через час, Основатель. И… я хотел спросить, – замялся Серо, – с вами всё в порядке? Вы плохо выглядите, вам бы отдохнуть.

– Потом отдохнём, – отрезал Инноми. – Что с ранеными? Их устроили, покормили?

– Развернули походный полевой госпиталь, тот, который в разбитой части обнаружили. Ме?ста почти всем хватило. С продовольствием проблем нет, запас примерно на месяц.

– Сколько осталось в строю боеспособных?

– Об этом лучше доложит Сентир.

– Зови!

Незаметно приём пищи превратился в военный совет. Заместители, командиры групп приходили к Основателю, кто-то оставался за столом, давая пояснения, принимая участие в импровизированном совещании, кто-то тут же выходил исполнять данные главой указания.

Уже глубокой ночью Инноми остался один. Из большого объёма полученной информации вырисовывалась странная картина.