Отставник 3

Со своей стороны, я проверил факты, и они до мельчайших деталей, вплоть до минут, совпадают с уцелевшей информацией с камер слежения.

– Он опять был один?

– На объект проник один. Одарённые сейчас занимаются с пленными работниками, ищут сообщников.

– Много аборигенов выжило? – удивился командующий.

– Потери среди них не учитывались, но на первый взгляд не столь велики. Я могу распорядиться уточнить.

– Не надо, но поручи… – не успел закончить фразу командующий, как рёв боевой тревоги оглушил пространство.

Оба офицера на мгновение замерли. Боевая тревога на флагмане сил вторжения звучала единожды, когда массивный корабль входил в атмосферу планеты. Даже во время воздушных атак аборигенов тревога на всём корабле не поднималась, только дежурные группы сил противодействия получали сигнал к вылету или занятию постов боевого охранения. Но сейчас сигнал боевой тревоги звучал по всему кораблю.

Главнокомандующий кинулся в соседнюю каюту, где находился пост внешнего наблюдения, за ним проследовал и ашш Иссааш.

– Доклад! – войдя, произнёс командующий.

– Верховный Представитель, атака извне не фиксируется! – судорожно доложил дежурный офицер, продолжая лихорадочно всматриваться в экран управления и контроля.

– Может ошибка или ложная тревога? – робко предположил ашш Иссааш.

– Ошибка, ложная тревога?! – недовольно поморщился командующий. После его назначения Верховным Представителем отношение к нему высших офицеров изменилось. Все так же исполняли приказы, отчитывались о выполненных мероприятиях, но поднявшись на одну ступень в иерархии, достигнув той высоты, что недостижима для любого истинно живого, он словно вожак бежал впереди стаи и не было никого, кто бы помог, подсказал или подстраховал в трудную минуту.

Не успел он отдать приказ, как в каюту вбежал помощник.

– Мой генерал!

– Что? Кто нас атакует, почему поднята тревога по всему кораблю? –  набросился на помощника главнокомандующий.

– Мой генерал, на корабле захвачен посторонний! Предположительно – хоск!

***

– С-щуки! – прохрипел сквозь зубы, пока, повинуясь преданному горизонтальному ускорению, летел в темноту.