Мышиный лабиринт: изгнанники Эдема

Прошло еще, наверно, около получаса, и Эдди, выполнив последнее движение кистью, отодвинулся от мольберта, желая полностью осмотреть свою новую работу на наличие некоторых отклонений от его первозданной идеи. Когда художник решил, что картина полностью закончена, он выставил ее на всеобщее обозрение.

– Ну, что скажешь, Лилия, похожа на тебя настоящую? – спросил Эдди у своей модели.

Лилия медленно подошла к картине. На ней она увидела девушку, которую она не встречала ни разу в жизни. Она была прекрасна, ее глаза источали жизнь, а улыбка сияла подобно звезде.

На ней было такое же серое платье, что было на Лилии, но на девушке оно сидела так, будто она родилась в нем. Платье на руках переходило в крылья, на которых эта незнакомка плыла по облачному небу, купаясь в лучах ласкового солнца.

– Кто это? – спросила Лилия в недоумении.

– А как ты думаешь, – ответил Эдди, развернувшись к ней лицом. – Только ты мне сейчас позировала. Я рисовал с тебя.

– Н-но… это же… не я…

– Разве? Так может, это ты настоящая, какой даже ты сама себя не видела? Но, поверь мне, глаза художника видят куда больше глаз обычного человека.

Наш долг перед людьми – показать истинную суть вещей, овладев искусством рисования. И, да, Эрнест, спасибо, что сменил меня.

– Без проблем, – ответил тот, кивая. – Так, простите, мне надо ненадолго удалиться, – сказал Эрнест и покинул комнату.

– Вау, Эдди, рисуешь ты просто бесподобно, – сказала Лена, вдоволь налюбовавшись картиной.

– Спасибо. Как выберемся отсюда, обязательно приглашу вас в свою студию.

Устрою персональный показ.

– Круто! Слушай, а пока мы здесь, поучишь меня рисованию? Я всегда хотела научиться рисовать, вот только руки не доходили.

– Да не вопрос, я буду ряд принять новую ученицу.

– Спасибо! Здорово, частные уроки с настоящим мастером!

– Ну, до мастерства мне еще далеко…

– Ты шутишь? Ты создал вот это с помощью… этих красок, да? – Лена взяла набор, купленный Эдди, в руки и принялась тщательно изучать каждую баночку. – А сколько ты за них заплатил.

– Всего-навсего тридцать процентов за открытие витрины.

– Всего-навсего?! Это же половина того, что у тебя есть!

– Ну и что, всего каких-то три дня и эти проценты вновь ко мне вернутся.

– Ну ладно… А что здесь хотя бы есть? Красные, желтые… А это что за цвет? – Лена взяла в руки самую крайнюю баночку и открыла его. – Не поняла, это, типа, белые краски, или что? У них такой странный запах…

– Апчхи! – донеслось со стороны Лилии.