Крылья нетопыря. Часть II. Трон из костей

И бояричу стоило немалых усилий убедить её в обратном.

– Но это ужасно! – наконец воскликнула Молиба. – Насколько же надо не доверять своему племени, чтобы требовать цену за любую безделицу!

Добронраву стало обидно за весь человеческий род. Он вдруг рассердился и выпалил гораздо более резко, чем собирался:

– Вообще-то не всё у нас делается за деньги! Чести у людей тоже хоть отбавляй! Ни один, знаешь, уважающий себя воин не посмеет ребёнка обидеть! Или, там, ну, – Добронрав пощёлкал пальцами, подыскивая подходящий пример человеческой доблести.

Как назло, ничего путного на ум не приходило. – Никого, в общем, не обидит просто так. Ясно?

Сирин склонила голову набок и печально посмотрела на человека.

– Добронрав, я не хотела тебя обидеть.

– Я и не обиделся, – отрок ощутил, как запылали от стыда уши. – Просто говорю как есть. Но да, люди и впрямь немного того.

Больше всего вопросов задавала Молиба. Добронрав молол языком без умолку и лишь временами успевал спросить что-нибудь сам. Они проговорили до заката, совершенно забыв о времени.

Неизвестно, сколько бы они ещё так болтали, если бы чуткий слух Молибы не различил, что приближаются другие птицы. Тогда она спохватилась и вывела человека из леса безопасной дорогой.

Когда Добронрав вышел на открытое пространство, он обернулся и посмотрел на Молибу. Она стояла в просвете между дубами такая величественная, красивая и совершенно нереальная. Добронрав хотел что-нибудь сказать ей на прощание. Может, поблагодарить за этот вечер, первый за многие месяцы, когда время бежало так быстро – как один миг.

Но не мог вымолвить ни слова.

– Ты ещё вернёшься?

– Да, – порывисто кивнул Добронрав. – На неделе.

Сирин улыбнулась.

– Последний день седмицы. Перед понедельником.

– Точно! Прощай, Молиба.

– Прощай, Добронрав.

– До встречи.

– До встречи, Добронрав.

Он постоял ещё немного, а потом, небрежно кивнув, повернулся на пятках и быстро зашагал к Лихобору. Пройдя несколько шагов, Добронрав развернулся.

– Но в следующий раз рассказываешь ты!

Сирин уже исчезла.

Перед человеком тёмный лес тихо шелестел листвой. Но Добронрав был уверен, что Молиба его услышала.

* * *

Ровно через неделю Добронрав стоял перед дубовой рощей. На сей раз он пришёл гораздо раньше: покинув родной терем, сразу отправился за околицу к дубраве. Очутившись здесь, боярич уже не чувствовал страха. Его сердце гулко колотилось в груди, но это было совсем другое чувство – гораздо приятнее.