Крылья нетопыря. Часть I. Сон разума

– И, тем не менее, мы обсуждали кое-что невероятно важное, – произнёс Нахор, в упор глядя на Илию, и поправил изящное пенсне на орлином носу.

– Я весь внимание, господа, – виновато развёл руками Илия.

К нему повернулся сидящий слева Мелех и, натянув потуже на голову капюшон, заговорил глухим, почти загробным голосом.

– Это всё Сота.

– Мироградский князь? – удивился Илия. И отметил про себя, что что-то слишком часто он в последнее время стал удивляться.

Мелех кивнул и продолжил.

– Мироград развязал войну одновременно с Одоленем и Тигарьском.

– На что он надеется? – не удержался Илия.

– Учитывая его недавнюю авантюру с Лихобором, то видимо, на что-то надеется, – невозмутимо ответил Мелех. – Но для нас это стало бы безделицей, если бы не одно «но»…

– Мироград отказался уплачивать в этом году церковную десятину, – Захария в ярости сжал в кулак изящные пальцы. И, давясь от злости, докончил: – Именно сейчас, когда эти деньги необходимы для восстановления Храмовых скал.

– Однако, – протянул голос Синода. – Но ведь мы можем наложить на них епитимию и временно отлучить Мироград от церкви. Крестьяне испугаются.

– Это же Сота! – воздел очи горе Захария. – Кто знает, как отреагирует этот дедеров сын? Не удивлюсь, если через пару лет в его княжестве снова запахнет язычеством.

– Да, но мы пока ещё Храмовые скалы! – упорствовал Илия. – В наших руках вся духовная власть от Нефритовых Скал до Стрижени. Одно наше слово – и Мироград окажется в экономической блокаде.

– Ты не дослушал, – мрачно обронил Мелех. – Вина Соты отнюдь не в том, что он отказался платить, а в том, что он создал прецедент. Точно не известно, но некоторые факты указывают на то, что мироградец как-то узнал о набеге на Храм, который едва не стал фатальным для нас. И, видимо, о наших тяжких потерях.

– Хочешь сказать, – подобрался Илия, – что этот проходимец так обнаглел, потому что уверен в своей безнаказанности?

– Безнаказанность рождает беззаконие, – развёл руками Фарра.

– Думает, у нас много дел, и до него не дотянемся, – прошипел Захария.

– И ведь прав, каналья, – меланхолично заметил, поглаживая бороду, Алеф. А потом заметил тяжёлые взгляды Синода и пояснил: – Сами посудите, где Храмовые скалы, а где Мироград? Особенно учитывая, скольких мы потеряли неполных две недели назад.