Крылья нетопыря. Часть I. Сон разума

 – Как будем пробиваться наверх? Нас там уже кто-то ждёт?

– А кто сказал, что мы будем пробиваться наверх?

Азарь иронично усмехнулся и быстрым шагом, небрежно переступая трупы, пошёл дальше – вниз.

Нетопырь следовал за ним. Азарь крался почти бесшумно, зато бестия то и дело задевала стены, факелы и каганцы крыльями да ещё и скребла пол жёсткими когтями на ногах.

У темницы мальчика с волчьим взглядом их ожидало шестеро. Вооружённые тарганскими саблями, бердышами, гизармами и полутораручными мечами.

– Дедерщина! – выругался Азарь, поднимая клинок для атаки.

– Не боись, человече, – взревел нетопырь, – рано нас хоронить покуда! Отойди только подальше.

Азарь подчинился.

Фаул потянулся, как после долгого сна, расправил крылья, а потом взмахнул ими, и все каганцы и факелы разом потухли.

Воцарилась тьма.

Тотчас раздался звон, послышалась ругань, хрипы, звуки падения. Удар железа по железу высек искры. Один, второй. Кто-то захрипел. Раздался звук льющейся жидкости. Взвыл нетопырь. Глухие удары. Потом звонкие. Кто-то упал рядом с Азарем. Ересиарх уже привычно добил.

Потом всё стихло.

– Эй, нетопырь, ты жив?

– Жив, жив, человече. Но не особенно цел.

Азарь нащупал рукой небольшой кинжал и ударом о саблю высек несколько искр, чтобы засветить каганец.

Нетопырь стоял, привалившись плечом к стене, и тяжело дышал. Его правая рука – или лапа? – сжимала левый бок, откуда пробивалась кровь. Азарь осмотрел рану – неглубокая, перевязать и можно идти дальше.

Оторвав лоскуты от балахонов мёртвых храмовников, Азарь наложил спутнику тугую повязку на живот и руку, по которой тоже успел пройтись вражеский клинок. Если бы не особенное зрение нетопыря, обоим бы пришлось куда как непросто.

Дверь была заперта обычным висячим замком. Ересиарх обыскал защитников, но так и не нашёл при них ничего, хотя бы отдалённо напоминающее ключ. Попытался сломать замок, используя железный штырь, как рычаг, но тоже тщетно – очевидно, замок сработали великие кузнецы из превосходных сортов стали. Попытался даже нетопырь. Потом они навалились на штырь вдвоём – железяка согнулась, но замок так и не поддался.