Цикл «Как тесен мир». Книга 1. Чем я хуже?

Но сказал, что психика человека изучена не до конца и всякое, мол, бывает. Там, – «Сашка» кивнул на бумаги перед врачихой, – и его заключение есть, мне его отдали. Гляньте сами.

– Ну-ка, Зина, дай-ка я сам все прочту. Что там твои коллеги насочиняли? Да-а уж, – протянул через время ознакомившись. – Перестраховались. Свои задницы в белых халатах прикрыли, а вы теперь на заводе сами разбирайтесь. С одной стороны, в больнице на казенных харчах держать смысла нет: здоров! А с другой стороны, рекомендуем санаторный отдых для лучшего восстановления памяти… Да еще и за баранку запрещают пускать без переэкзаменовки…

– Слушай, Нефедов, – обратилась к Алексею Валентиновичу, хитро прищурившись, врачиха, – что-то я смотрю: бледный ты какой-то.

Наверное, голова у тебя после сотрясения мозга все еще кружится, слабость во всем теле… Так?

Алексей Валентинович удивленно вытаращился на нее, потом повернул голову на внезапно раскашлявшегося Палыча. Палыч натужно кхыкал в кулак, усиленно моргал глазами и кивал.

– А! – дошло до «Нефедова». – Правильно вы говорите, Зинаида, не знаю, как по батюшке. Сразу чувствуется опытный врач. И голова у меня кружится, еле на завод доехал, и слабость во всем теле, и, вот, гляньте, – руки трусятся, – он поднял обе руки над столом и стал ими усиленно трясти.

– Ну, что ж, Палыч, – удовлетворенно кивнула врачиха, – такого шофера в рейс выпускать – ну никак не возможно. Даже преступно. На неделю я ему больничный оформлю. Какое сегодня число? Девятнадцатое? Вот с 19 по 25 включительно.

Больше – извини. Дальше, сам что-нибудь придумай. Он у тебя в этом году тарифный отпуск уже отгулял?

– Вроде, нет. Он, по-моему, на осень записан. То ли на октябрь, то ли на ноябрь.

– Так отправь его в отпуск сразу после больничного, с 26-го августа. Сможешь?

– А как же. Не проблема. Сделаем. Неделя отпуска ему по любому причитается. А месяцем раньше – месяцем позже… Перенесем. Я договорюсь.

– Вот. А за две недели, глядишь, и память к парню начнет возвращаться.

Правда, выполнить рекомендацию по санаторному лечению не получится: насколько я знаю, все лимиты в профсоюзе на август и даже на сентябрь вычерпаны до дна.

– Со здравницей, да – не получится. Что поделаешь? Слушай, Саня, а через две недели за баранку сесть сможешь? – спросил Палыч.

– Не знаю, – передернул широкими плечами «Саня», – может, и вспомню, как. А нет – заново научусь. У меня в голове сейчас пустота какая-то, но зато запоминаю я все быстро.