Даркут. Великий перелом

Девушка осмотрела деньги, попробовала на зуб. И впрямь, золотые.

– Я сейчас иду смотреть бизонов, – сказал покупатель. – Поэтому оставлю шелк у вас. Принесите его вечером. Вы найдете меня у Аспар-тархана.

– Хорошо, – кивнула Эймура. – А кого спросить?

– Спросите человека с самыми большими зубами. Или с самым прожорливым брюхом, – улыбнулся мужчина.

Достал рог, отпил. Вытер рот, добавил:

– Спросите Амрака.

Эймура на мгновение отвернулась, чтобы отложить шелк. А когда глянула обратно, мужчина исчез.

***

Вечером, в час акшам, Эймура шла с рулонами шелка по окрестностям горы Тэйанг-каан. Даркуты закололи множество бизонов и овцебыков, и принесли их в жертву богам. Отрубленные головы и шкуры животных они повесили на сучья деревьев, а кровью полили корни. Кровь стекала в ручейки у подножия горы, и от этого вода покраснела. Деревья считались священными, их нельзя ломать или рубить.

Туши жертвенных животных даркуты жарили для ритуального пира. Эймура шла в темноте, а на склонах и у подножия горы горели тысячи костров, и вкусно пахло жареным мясом.

После окончания ритуального жертвоприношения жены знатных даркутов десятками пришли к торговой палатке. Скупили почти все ткани и наряды. Моджи пришлось распаковывать тюки с товарами, что предназначались для рынка в княжестве Сабиров на севере, потому что даркуты, не торгуясь, брали все втридорога. Всех помощников купец разослал с поручениями. Поэтому Эймуре самой пришлось нести шелк странному мужчине.

Моджи заставил ее одеться в пурпурное платье, и объяснил:

– Если будут спрашивать, где взяла такой наряд, отправляй всех ко мне.

Всюду у костров опьяневшие от арахи даркуты пели песни. Многие сражались, звеня короткими саблями. Проигравший падал на землю, разбрызгивая кровь из ран.

Несколько раз даркуты останавливали девушку. К счастью, Моджи дал ей серебряную пластинку с изображением пещерного леопарда.

– Это знак ябгу, одного из высокопоставленных сановников Линх-каана, – сказал купец.

Купец не солгал. При виде оскаленной пасти леопарда трезвели самые отчаянные пьяницы. Эймура беспрепятственно шла по священной земле.

Стоянка Аспар-тархана находилась поодаль от основного скопища даркутов. Эймура выбралась из крикливого лагеря, пошла по темной степи. Костры и шумные даркуты остались сзади. Пик горы темным силуэтом чернел сбоку, над ним тонким полумесяцем светила луна Малу.