Что скрылось во тьме? Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 16

Лерман откинулся на спинку стула, поднял взгляд к потолку и расхохотался – громко, прерывисто, неестественно. Купревич с Леной переглянулись. «Прости, – сказал ее взгляд, – я знаю, ты тоже, я не подумала». – «Я знаю, – ответил он, – мы оба потеряли…» Он не договорил взглядом фразу: хохот Лермана перешел в рыдания, громкие, прерывистые, такие же неестественные, как смех.

Истерика. Иосиф держал себя в руках все время перелета, а потом здесь. Купревич вспомнил собственные слезы, но жалеть Лермана не стал. Знал, что через минуту тот будет стыдиться своей слабости и делать вид, будто ничего не произошло.

Лерман застыл, положив руки на колени.

– Сидит шиву, понимаю, —произнес он сухо. – У него умерла жена, да.

– Простите, – пробормотала Лена.

Лерман уже взял себя в руки.

– Не могли бы вы заказать еще пару чашек чая? – спросил он вроде бы у Лены, но глядя в пространство. – Не капуччино, который я терпеть не могу. Две большие чашки. Я заплачу.

– Вам тоже? – тихо спросила Лена у Купревича. Тот кивнул, хотел подняться и пойти с ней, но Лена положила ему ладонь на плечо, и он остался.

– У тебя… – задал он мучительно нестерпимый вопрос, – У вас… то есть у Ады…

– Ты о детях? – Лерман не любил ходить вокруг да около. – У тебя с Адой детей не было, я правильно понял? А у нас… – Он потер лоб. – Я не могу этого не помнить. Это базовый инстинкт, при любой суперпозиции…

Не было у Ады от тебя детей, – подумал Купревич. – Не было и быть не могло.

– Сейчас, – сказал Лерман и полез в боковой карман пиджака.

Проверяет соответствие реальностей. Для него важнее – установить взаимно однозначное соответствие? Или не торопится раскрывать паспорт, потому что боится увидеть не то, что помнит?

– Гражданам США не нужна виза при посещении Израиля, – сказал Купревич голосом робота, сообщающего информацию по телефону.

– Ну да… ну да… – пробормотал Лерман и быстро перелистал страницы. Долго смотрел на одну из них, захлопнул паспорт и спрятал в карман.

– У нас безвизовый режим в обе стороны, – сообщил он, стараясь отдалить момент, когда придется сказать вслух то, что мысленно он уже произнес.

– Что ты там увидел? – Купревич не собирался щадить чувства своего визави.