Поводырь. Фантастическая повесть

– Да, – коротко сказал я, глядя на синюю дверь коттеджа и надеясь, что сейчас, как это часто бывало, откроется кухонное окно, Мария-Луиза высунется по пояс с телефоном в руке и начнет мне звонить, увидев мой силуэт за занавеской. Как вчера: мне нужно было готовиться к лекции, а Мери хотелось в кино, я не мог разорваться и предложил заказать фильм в мою гостиную, хотя голограмма, заполнившая все пространство, оставив вне поля только мой стол с компьютером, действовала на нервы, а когда айцелот вцепился в горло кротампу…

Я тряхнул головой и вспомнил другое: вчера я действительно провел весь вечер за столом – но один, и готовился не к лекции по геометрии Бермановых пространств, о которой не имел ни малейшего представления, а к сегодняшнему докладу по инфинитному анализу.

– Напрягает, – серьезно сказал Поляков, подойдя ближе, будто собирался подхватить меня, если я по какой-то причине потеряю равновесие и попробую упасть. – И вы видите, то есть, вспомнили, верно? Ну… что вы на этом острове не занимаетесь инфинитным анализом и ничем мне помочь не в состоянии.

– Вы уже… То есть…

– Это мелководье, отсюда удобно переходить в более проблематичные ветви, если вы понимаете, что я хочу сказать.

Я сел. Стул выгнул спинку, и мне пришлось откинуться, я не любил эту позу и сел прямо, спинка тоже выпрямилась, но опереться на нее я побоялся, хотя и помнил, что спинка примет любую запрограммированную специально для моей спины форму.

– Человек, – медленно произнес я, стараясь не позволить Полякову отвести взгляд: пусть смотрит мне в глаза.

– Конечно, – кивнул Поляков. – В том и проблема.

– Две памяти в одном мозге, – продолжал я, – прямая дорога к шизофрении.

– Если бы только две, – воздел очи горе Поляков. – Какая-то причинно-следственная связь… именно это обсчитать можете только вы…

– Обсчитать? Боюсь, воспоминания не относятся к вычислимым процессам.

– Совершенно верно! Но ведь вы такими функциями занимаетесь!

– А когда вы перетащите меня в…

– Я никого не перетаскиваю, – быстро произнес Поляков.

– Ведете за руку…

– Показываю дорогу! Фарватер.

– Неважно. Там, в третьем мире…

– Острове.

– Острове, – повторил я, – мне вспомнится еще и…

– Ах, это…

– Так недолго и рехнуться!

– Я не знаю! Я практик. Интуитивист. И в моей практике ни разу не было такого, чтобы кто-нибудь запомнил хотя бы один остров. Никто и ни разу.