На 127-й странице. Часть 1

Это была другая лестница.

– Вам ничего не угрожает?

Этот разговор начал мне надоедать. Возможно, поэтому я немного нагрубил пожилой фрау.

– Ни мне, ни ежемесячной плате за квартиру совершенно ничего не угрожает.

– Как вы могли подумать …, – начала было возмущаться фрау Бергман, но я остановил ее.

– Фрау Бергман, прошу вас, пусть кто-нибудь, тот же Генрих, принесет мне большой кувшин чистой воды и хороших фруктов. Я пару дней не смогу выходить из дома.

В это Фрау Бергман поверила. Она оглядела меня, словно только сейчас увидела недостатки в моем одеянии.

– Хорошо, – согласилась фрау Бергман, вышла на улицу, и я тут же услышал ее голос. – Генрих! Генрих!

А я снова вернулся в свою комнатку.

Сцена 15

Вернувшись в комнату, я намочил носовой платок виски, приложил его к болячке на голове и стал ждать Генриха. На него у меня были виды.

Генрих оказался тем самым пареньком, который за пару никелей вчера проводил меня до моей коморки.

Я расплатился с Генрихом, не забыв накинуть ему пару никелей за работу. Когда он довольный хотел уже уходить, я остановил его.

– Не хочешь поработать доктором, Генрих?

– Доктора много зарабатывают, – сразу взял быка за рога паренек.

– Ну, это будет не совсем работа. Это будет испытание.

– А что надо делать, мистер Деклер?

– Почистишь мне рану на голове.

– Это запросто! – Паренек вытер руки о свою видавшего виды серую тужурку и застыл, как бы в полной готовности. Думаю, что почистить ботинки и почистить рану были для него очень похожими понятиями.

– Не так быстро, парень, – остановил его я.

Я заставил Генриха помыть руки. Благо, что небольшой кусочек мыла нашелся на «мойдодыре». Потом протер его руки все теми же виски, которые уже подходили к концу.

– Вот смеху-то будет, когда расскажу ребятам, – хмыкал паренек.

Ножницы нашлись на столе. Ими Энтони де Клер, скорее всего, подправлял усы и бороду. На них тоже пришлось потратить немного виски.

Я пододвинул стул под мансардное окно, уселся на него, а ножницы вручил Генриху.

– Генрих, твоя задача срезать все волосы вокруг раны и при этом постараться не доставить мне лишних неудобств.

Генрих только хмыкнул.