Спасатель

Соколова сдвинула брови, пытаясь понять, куда клонит адвокат.

– Я, откровенно говоря, в тот момент думала о другом.

– Ну, ясное дело, каждый из нас мыслит разными категориями, – согласился Артем. – Я юрист, ты спасатель. У тебя свой круг задач, твое внимание заточено на другие вопросы. И все же? Заметь, в сотне метров от жилого комплекса «Небеса» стоят старенькие панельные дома. Причем, если я не ошибаюсь, еще прошлого века, годов восьмидесятых. И они все целы, только кое-где небольшие трещины в стенах, да стекла в окнах разбились.

– Артем, мне сейчас сложно сказать, почему произошло именно так, – призналась Вероника. – Ты ведешь меня к тому, что разрушенные дома были сделаны из некачественных материалов?

– Пока я этого не утверждаю, – мягко произнес Павлов. – Может, эпицентр землетрясения был именно под «Небесами», согласна? Но и твоя версия требует проверки.

– Да, конечно. Проверки теперь точно последуют.

– Все стройки в городе, как известно, производятся с разрешения властей. То есть администрации города. Там, насколько мне известно, есть целый департамент, который проверяет надежность строительных фирм. Впрочем… не хочу думать о плохом, но ты сам знаешь, как у нас бывает. За определенное вознаграждение можно получить любую разрешительную бумажку.

Слегка наклонив голову, Вероника пристально посмотрела на Павлова:

– Ты заговорил об администрации города, и я тоже кое о чем вспомнила.

– О чем же?

– Я вижу, что ты любитель делать хорошие поступки, при этом оставаясь в тени.

Лицо Артема было совершенно непроницаемым.

– Что ты имеешь в виду?

– Я же говорила, что ходил слух, будто ты какого-то важного человека из развалин вытащил. Пока мы работали, мне одна птичка на хвосте новость принесла – мол, здесь был наш мэр засвечен. Кто-то сфотографировал его в трусах, пока он по телефону болтал. И при этом на нем был твой пиджак, Артем. Я почти что уверена, что это ты его спас.

– Когда я его вытаскивал, он был меньше всего похож на мэра, – признался Павлов. – Да это и неважно, мэр или безработный забулдыга. Каждый имеет право на жизнь. – ?Послушай, Вероника… У вас есть какая-нибудь организация, в сфере ведения которой находится изучение землетрясений? Какой-нибудь сейсмологический центр?

– Да, есть, – ответила она. – А что?

– Хочу наведаться, уточнить кое-что.

Вероника не могла поверить своим ушам.