Невеста

Когда все было готово и литровая кружка пошла по кругу, Фрол, как бы между делом, спросил:

– Сам-то откуда?

– С Урала я, в Некрасовке жил.

– Че ж тебе, перед этапом не сказали, что на кон нельзя ставить, коли карманы пустые?

Кирза отрицательно покачал головой.

– Ну, времена, – протянул Фрол. – Лады, на первый раз прощаю долг.

– Спасибо, Фрол, – сразу засиял Кирза.

– Не «спасибо», а «благодарю». Или «от души», – строго поправил молодого зэка Фрол. – Нам за этими стенками у Бога просить спасения нет надобности…

– Благодарю.

– Есть кто родственники? – продолжал расспрашивать Кирзу Фрол.

– Мать в Некрасовке осталась. Старенькая уже. Батя умер, когда я совсем щенком был.

– И все?

– Нет, тетка. Только она в Москву подалась.

– В Москву? – переспросил Фрол, и в глазах его мелькнуло оживление. – Что делает?

Кирза снова поскреб затылок, с трудом соображая, чего от него добивается Фрол.

– Кажись, в детской больнице работает, – ответил он нерешительно. – Не помню точно.

– Кирза, мне тебя сам ангел ниспослал, – подался вперед Фрол. – Ты мне поможешь. Надо человечка одного найти. Отпишись своей тетке на волю, пускай поищет, лады?

– Ну, не знаю, – с сомнением проговорил зэк, но, заметив, как сузились глаза Фрола, вспомнил о прощенном долге и поспешил добавить: – Я, конечно, напишу ей, Фрол. Она там давно работает, может, чего и знает. Но… ты же понимаешь. Москва – город не маленький.

– Понимаю. А ты все равно попробуй, – похлопал его по плечу Фрол. – Если найдет – я тебя отблагодарю, слово даю.

Он отхлебнул чифирь и передал следующему зэку. После этого завалился на нары и, достав фотографию, уставился в нее немигающим взглядом. С нее немного застенчиво смотрела симпатичная женщина лет тридцати пяти.

– Сестра? – хрипло полюбопытствовал свесившийся сверху пожилой зэк, и Фрол недовольно сдвинул брови.

– А тебе чего, Седой?

– Ты не думай ничего, Фрол, – откашлялся старый зэк. – Но сам ведь знаешь, вести по кичам быстрее птиц летают.

– Предположим, – посмотрел зэку прямо в глаза Фрол. – Что из того?

– Послушай меня, старика, и прожекторами-то своими не сверкай, – как ни в чем не бывало продолжал вещать Седой. – Времена сейчас не те. Да и ты не молодеешь. Не нужно было перед авторитетами такими словами разбрасываться.

– К чему клонишь, Седой? – прошипел Фрол.

– Не в ту войну ты ввязался. И вряд ли на коне окажешься.