Приключения северянина. Сборник рассказов

– Посмотрим, что будет. На месте выберем.

Она уже настроилась на рака и признаков разочарования больше не показывала. Перед афишами мы простояли недолго.

– Все это я уже видела, кроме «Розы для господина прокурора».

– Зал хроники. Пошли за билетами?

– Пойдем. Ты раньше был в Хабаровске?

– В основном проездом. Один раз застрял на двадцать дней – оформлял пропуск.

– Я только проездом. Остается только прогуляться.

– Я с удовольствием смотрю на людей, особенно в незнакомых городах.

– Что-то я не видела, чтобы на кого-нибудь смотрел.

– Угловым зрением.

– А когда ты увидел меня?

– В Петропавловске перед посадкой.

– И что ты обо мне скажешь?

– Летишь на сессию в Иркутск, замужем, тридцать два года, заводила всех дел в коллективе.

У нее снова возникло чувство уважения к своему спутнику.

– Почему студентка?

– Билет со скидкой, видел, когда подавала в окошечко.

– Замужем, потому что кольцо на правой.

– Выражение глаз не заменишь. Одинокие смотрят на мужчин очень печально.

– Остальное все правильно, староста в группе.

– Видно по поведению в очереди. Нам пора поворачивать, пока дойдем, останется пять минут.

Фильм чудесный, к такому выводу мы пришли единодушно. Пока воз вращались до гостиницы, Тамара рассказала, что она работает учителем музыки.

– Всю жизнь мечтаю научиться играть на аккордеоне, никак времени не выберу.

– Ты идеальный муж, – сделала она вывод, когда мы подходили к гостинице.

– Так считают все женщины, кроме моей жены.

– Это был чудесный вечер, – задумчиво произнесла она, когда мы прощались на лестничной площадке. – Жаль, что у меня нет будильника, хотя бы сломанного.

На следующее утро фортуна повернулась другой стороной. Все началось с регистрации. Когда осталось человек двадцать, дежурная объявила:

– Товарищи пассажиры, с этого рейса вас снимают и передвигают на следующий, который уходит через три часа.

Очередь немного пошумела и, видимо, из интернациональных сооб ражений, решила бунт не поднимать.

Дежурная слово свое сдержала. Перед регистрацией на следующий рейс нас подозвали к стойке и провели регистрацию.

Наконец-то объявили посадку.

Боги праведные, на билете не осталось ни одного талончика.