Орден святых ищеек

Начиналась предвыборная кампания, и каждому чиновнику, и правительству в целом, требовались громкие резонансные дела. В федерации Миллион от каждой тысячи выборщиков в Хор попадал один человек, и какими только способами это место не захватывалось: угрозами и обещаниями, подкупом и скупердяйством, талантом и блатом, и даже юмористическими выступлениями. Такая система позволяла обновлять элиту, и у каждого микрорайона был «свой» человек в правительстве.

– Мастер Смибдорт, вы – изгнаны. Из уважения к предкам-мастерам, которые основали федерацию Миллион, мы разрешаем вам остаться жить на территории страны.

Вам запрещено пересекать границу владений Властителя и служить любым правительственным организациям по всему миру.

– Я положил всю жизнь на служение Хору, – спокойно проговорил Смибдорт. – Меня ничего больше не интересует, и я ничего не желаю, кроме как спасать людей Миллиона и имущество Хора.

– Вы не справились. А смысла давать второй шанс мы не видим.

– Дайте мне поручение не столь высокого уровня, – без единой эмоции попросил мастер.

– Все задания Хора тысячи голосов неимоверно важны, – едко сказал глашатай, – и еще одной неудачи мы не потерпим.

– Хор успел и это обсудить? – переспросил мастер. – Или это мнение голосовых связок и языка без обращения к мозгу?

«Ого, кажется, я вышел из себя. У меня есть личная неприязнь к глашатаю».

– Ваше дело закрыто. Капитан Хим, вы заслуженный военнослужащий, и Хор в большинстве проголосовал за смягчение приговора.

Хор лишает вас всех званий и привилегий и приказывает отправиться для работ в закрытый военный город Ко?мо на десять лет, в случае военного положения…

Капитан Хим резко оторвал верхнюю пуговицу и закинул в рот. Со словами «Прости, Смиб» хлопнул мастера по плечу, затем закрыл глаза и разгрыз пуговицу. Смибдорт услышал шипение, из носа Хима вырвалось облачко фиолетового дыма, а следом за ним потекла кровь. В глазах лопались сосуды, покрывая их красными прожилками, на миг взгляд стал безумным и тут же застыл.

Громогласный, жизнелюбивый капитан дирижабля «Незримый» упал замертво, напоследок ослушавшись приказа Хора.

Почти вся тысяча чиновников подскочила на ноги, кто хотел рассмотреть получше, кто – почтить капитана. Если кто-то хотел ослабить федерацию Миллион, у него получилось. Реактор построят заново, экипаж обучат, но столь профессиональных капитана, мастера, инженера и атомогенетика, научившихся работать в команде, найти будет трудно.