Меценаты зла

– Я не уверен, что в той большой тюрьме, которую у нас называют правительством, – сказал Жак, – даже один из десяти пленников виновен.

Громов поморщился, всем видом показывая презрение к трусливым политикам Тайлы.

Они вышли из дома и направились к концу квартала, где должен был быть продовольственный магазин.

– Что брать? – спросил Жак.

– Хлеб, консервы, воду, – пожал плечами Кирилл, – только немного, у меня нет ни сумки, ни рюкзака.

Жак вышел из магазина спустя пять минут с пакетом и раздутой сумкой.

– Пойдем скорее, – забирая пакет, сказал Громов, – пока здесь спокойно.

– Я ел последний раз утром! – возмутился Жак. – Давай немного облегчим нашу ношу.

– Я тоже. Но до ночи останавливаться не будем, нужно пройти хотя бы километров десять-пятнадцать.

– Перекусим на ходу, – кивнул Жак.

– В тюрьме такой ужасный чай, – с улыбкой пожаловался Кирилл, – не хочу больше туда.

– А куда хочешь?

– Вообще, я с удовольствием оказался бы сейчас дома, в десяти парсеках от системы Rex.

Под ногами заскрипел крупный, желто-коричневый песок. Часто он сменялся проплешинами красной, твердой, как камень, глины.

Жак оглядывался каждые несколько минут. С лица не сходило выражения беспокойства.

– Мы здесь как на ладони! – не выдержал он.

– Есть варианты?

Жак покачал головой.

– Может, нас здесь и не подумают искать, – утешил Кирилл.

– Вертолеты, – сказал Жак, словно пророчил конец света, – скоро их поднимут.

– Спрячемся.

– Кто?

– Птицы такие огромные. У нас на Spes их держат для яиц и мяса. Они когда пугаются, голову в песок прячут.

Жак посмотрел на Кирилла с еще большим беспокойством, словно пытался понять, не сошел ли его спутник с ума. А звездолетчик меж тем вдохновенно продолжал:

– Помню, мать разобьет одно яйцо на сковородку, насыплет специй и жарит минут десять. Запах – по всему дому. Потом поставит сковороду посреди стола и тоже садится. Втроем до отвала лопали, а все равно за один раз съесть не могли.

– Надеюсь, это нам поможет, – скептически заметил Жак. – Против бойцов Рекса.

– Причем здесь они? – с досадой спросил Кирилл. – Если ты не пробовал страусиную яичницу, то, считай, и не жил по-настоящему.

– Теперь у меня появилась цель и смысл жизни.

Они шли, меся песок. Кирилл – мощными ботинками космонавта и начальника безопасности, Жак – легкими кроссовками. Частенько мужчины прикладывались к бутылкам с водой.